\

— Поспи-поспи, девонька, не сейчас, не нужно тебе беспокоиться, — ЗалиКруна по-матерински погладила меня по голое, расправляя волосы. — Бой только завтра. У тебя есть время выспаться.

«Какой еще бой⁈» — мелькнуло в голове, но глаза сами собой закрылись, и я не успела спросить об этом.

К вечеру я проснулась от желания сходить в туалет. Тело уже не ощущалось такой слабой тряпочкой, и я смогла сесть на лежанке, хоть меня и пошатывало. Удивленно оглядела свои перебинтованные ладони и выше чуть не по локоть руки, но другое было важнее, и я медленно поплелась на выход.

АнлиФаркуда подбежала, стоило мне только тронуть полог, предложила выпить еще отвара, но я отказалась, помня, что им нельзя слишком злоупотреблять. Она помогла мне одеться и дойти до нужника.

В голове в этот момент было пусто и гулко, даже вопросы задавать сил не было. Когда я вернулась, мне предложили поесть, и я неожиданно даже для себя согласилась: сперва с трудом жевала кашу, а потом так разохотилась, что смолотила тройную порцию мяса и овощей с лепешками. ЗалиКруна смотрела на это как добрая бабушка на внучка с хорошим аппетитом.

— Долго я спала? — наконец, спросила, поняв, что больше в меня не поместится ни кусочка, даже лепешки с медом диких пчел — очень дорогое и редкое лакомство в степи.

— Двое суток, — вздохнула тяжело ЗалиКруна. — Завтра на рассвете состоится бой за звание Вождя.

— Вот как? — удивилась я. — И кто сражается?

Постепенно слово за слово они рассказали мне последние новости. Мое выступление не могло остаться без последствий. Старый Шаман был признан виновным, а, поняв это, он и не отпирался: принялся орать, что с орками только и надо, что тупым его соплеменникам нужна твердая рука для руководства и так далее.

Его-то, понятно, быстро казнили, о способе я предпочитала не спрашивать.

Но на этом история не кончилась. Племя пошло в разнос, в каждом роду нашлись люди, которые делали что-то плохое, со многих сняли показания под магией истины, из-за чего разразились ужасные конфликты. Главы родов кричали, что откажутся от сыновей и дочерей, мужья — от жен и так далее. Но фактически сделать это было невозможно — нельзя же изгнать из племени четверть его членов, это просто нереально.

Всю ночь и следующее утро творилась форменная неразбериха: скандалы и драки, всплывало разное грязное белье, виновные тоже не оставались в долгу и припоминали разнообразные старые обиды.

Воспользовавшись этой ситуацией, СакрКруш предъявил Вождю претензии. Он заявил, что именно Вождь был ответственным за происходящее в племени и не следил за Шаманом, из-за чего тот заколдовал членов племени.