\

— Ответил Фёдор Акимович на требование Александра Павловича. — Я же продолжу исполнять просьбу князя и поручение Его Императорского Величества, отца вашего. Насчёт Вас и гвардейцев Семёновского полка у меня никаких указаний нет. — Для убедительности Фёдор развёл руками.

Услышанное в кабинете императора обращение князя к Павлу, оставило нехороший осадок на душе офицера. Пока цесаревич ничего плохого не сделал, но…

— Ну как знаешь. — Махнув рукой гвардейцам, Александр направил коня в обход растянувшегося по дороге каравана.

Цесаревич уже убедился в упёртости Фёдора.

Тот заботу о крестьянах и новобранцах ставил выше, чем заботу о нём, сыне императора и наследнике престола.

— Не боишься, что отомстит цесаревич за пренебрежение. — Подошёл к Фёдору крестьянин, который прекрасно слышал их разговор.

— Я в своём праве, Фома. Мне вас надо довести в целостности и сохранности, а про сына своего, царь-батюшка Павел Петрович, только вскользь упомянул.

— Назад едут ироды. — Заметил мужик троих приближающихся гвардейцев. — Ты давай Фёдор Акимович поаккуратнее с ними. Зашибут тебя и нам тогда долго не протянуть.

Эти сосунки, и слова не скажут супротив гвардейцев. — Он кивнул на бредущих вдоль каравана новобранцев.

— Разберёмся. — Процедил Фёдор, чуя недоброе.

Старшим среди подъехавшей тройки был капитан Ивлеев. Именно он пренебрежительно обратился к Фёдору.

— Деньги отдай.

— Какие такие деньги я вам отдать должен, Ваше Высокоблагородие? — По натуральному удивился Фёдор. — И извольте обращаться ко мне согласно табели.

— Деньги, которые Его Величество тебе на дорогу выделил, Федька. — В той же манере добавил капитан.

— Вы решили отобрать государевы деньги, Ваше Высокоблагородие? В разбойники подались?

— О том не тебе судить пехота гарнизонная.

На дорогу деньги выделены, и они требуются Его Императорскому Высочеству.

— Деньги выделены на караван с крепостными и содержание молодых рекрутов. Про вас и Его Высочество упоминаний не было.

— Не тебе решать. — Уже со злостью в голосе процедил капитан. — Давай деньги! Со своим отцом Его Высочество сам разберётся!

Понимая, что по-хорошему разойтись не удастся, а потерять людей в самом начале пути не самый лучший выход, Фёдор вынул из наплечного мешка толстую пачку ассигнаций, завёрнутую в чистую тряпицу.

Глядя в глаза наглому капитану, он бросил деньги под ноги лошади. Фёдор с удовольствием кинул бы их в грязь, но стояла сухая погода. Гвардеец не стал обращать внимания на явную грубость. Он сделал знак своему подручному подобрать деньги.

— Как же мы теперь Фёдор Акимович? — Подошёл мужик, когда гвардейцы отъехали радостно рассуждая, как они хорошо гульнут.

— С божьей помощью. И помощью от князя. — Непонятно добавил он.