Феерическая Академия

— Все в порядке! Это я просто нервничаю! – успокоила я себя, надевая платье. Мокрые волосы с трудом продирались гребнем, а я усиленно пыталась их расчесать. Это был тот самый случай, когда живые волосы позавидовали мертвым. Наскоро соорудив прическу из цветов, я засунула ноги в туфли, понимая, что они на три размера больше, чем нужно.

— И что мы с вами будем делать? – спросила я, глядя на то, как просвечиваются мои галоши, а нога спокойно ерзает в них, как селедка в банке по акции. Ладно, пойдем так!

Мне почему-то казалось, что сначала делаю шаг я, а следом за мной тянутся туфли, так что ходить я могла чинно и важно, гордо вышагивая и подтягивая за собой очередную туфлю.

"Я еще раз посмотрела на собственную линию дизайнерской одежды, валявшейся на полу, чувствуя, что при виде нее подкроватные монстры трясутся под своей кроватью так, что соседи уверены: у меня наконец-то появилась бурная личная жизнь!

Хрустальные каблуки издавали такой скрежет, что неподготовленному слушателю казалось это идет не хрупкая фея, а железный дровосек, волоча огромный топор по глянцевому полу. Маленький лыжник шел на мировой рекорд, прокладывая по полу новую лыжную трассу.

— Ой! – пропищали мыши. – Там такое! Тебя задушить хотят!

— За что?!! – удивилась я, глядя на мышиную панику, обсуждающую последнюю новость.

— Там целая очередь стоит! – тут же занервничали мыши, пока я пыталась понять, откуда столько желающих набежало. – Там такое твориться! Ему предложили тебя задушить!

Навострив хрустальную лыжню в сторону неприятностей, я решительно вышла из комнаты. Перед дверью его величества и самомнения стояла длинная трясущаяся очередь из стражников и слуг. Неужели мышки были правы, а слуги трясутся они от вожделения?

— Ты с ней разговаривал? – послышался голос, от которого очередь начала трястись сильнее.

— Нет, ваше величество. Я на нее даже не смотрел, — глотал слова кто-то. Дверь открылась, а оттуда вышел стражник. Вместо него вошел другой.

— Мы тогда сделали ей замечание, что не стоило рвать цветы, не попросив у куста разрешения, — каялся стражник, а остальные обитатели замка опустили головы, словно прикидывая смету на похороны.

Что было дальше, я не расслышала, но стражник вышел бледный и нервный, оглядываясь по сторонам и ускоряя шаг по коридору.

— Я пытаюсь понять, что с ней происходит. Она ест. Слуги отчитались мне, что оставляли ей еду несколько раз. Она белее кувшинки, – произнес Оберон, а я услышала скрипучий голос Мелюзины.

— Она утверждает, что у нее… мыши, — проскрипела старая моль таким голосом, словно пора собирать моих родственников, чтобы сообщить им неутешительный диагноз. – Она позвала меня посмотреть, а мышей не было! Я вам крыльями клянусь.