Фэнтези 2004

— Так что же, Трифон Орентьевич, ты сюда только за тем Молчком и забрался?

— Мы его по всем закоулкам ищем, — как бы нехотя признался Тришка. — Коли чего знаешь — говори.

Он хотел было добавить, что старые сельские жители наверняка помнят, как Молчка подсаживать, и хорошо, что не успел.

— Беглый? Из острога?

Такого домысла Тришка не ожидал. Но кто его, Молчка, разберет! Может, и впрямь Молчки ныне только в острогах водятся?

— Он самый, — согласился Тришка.

— Стало быть, ловите, чтобы обратно возвернуть?

— Он много дел понаделать может, — туманно намекнул Тришка.

— А если кто покажет того Молчка — тому что?

Вопрос был разумный — жаль только, что ответа на него Тришка не имел.

— Награда будет? — допытывался тепличный.

— Ну… Это в зависимости…

— А какая?

— Соответственная! — неожиданно для себя заорал Тришка. И испугался — тепличный с ним бы одной левой управился.

Однако красноватая масть, недоступная сельскому жителю, внушила Корнею Третьяковичу несокрушимое и при необходимости перерастающее в страх почтение.

— Ну все, все, все, больше не спрашиваю! Я же понимаю! — зачастил он. — Мне бы, конечно, больше продовольствием получить хотелось, но я и на повышение тоже согласен!

— А что? Ты знаешь, где найти Молчка?

— Знаю… — даже не прошептал, а прошелестел тепличный.

— В сарае? — тут Тришка вспомнил, как в него незримый враг камнями швырялся.

— Ну да, потому сарайный и перебрался в дом! А домовиха его, Молчка, жалеет, еду ему таскает!

— Погоди, погоди! С чего ты взял, будто это — Молчок?

— Так молчит же!

— Молчит, а что еще?

— А ничего боле! Сидит там, как сыч в дупле и носу не кажет! Вот такие дела, гражданин следователь.

Неожиданно пожалованный в следователи Тришка не возражал. Он уже начал понимать, какого нрава здешний тепличный.

Тришкина задумчивость длилась столько, что Корней Третьякович пришел на помощь.

— Мы вот что, Трифон Орентьевич, мы его оттуда выведем и тут спрячем, а когда за тобой Никишка приедет, свяжем и в багажник сунем. Так ты его до города и довезешь.

— Здорово придумано, — одобрил Тришка. Ему страх как хотелось надавать Никишке по шее. И вдруг он вспомнил про ежа.

— Послушай, Корней Третьякович, я в багажнике не один был, там Никишка еще ежа вез. Ему велели вывезти за город и выпустить в лесу. А он до леса не довез — кто-то из здешних ежу посвистел, еж у нас и сбежал. Прямо из багажника.

Вранье получилось чудо какое складное."

"— Свистел ему, поди, Тимошка, он умеет. Его тоже из полевых взяли, только давно. Он теплицы и не нюхал! Тимошка, должно, для лешего старался. Еж — это лешего скотинка. Коты, псы — сам понимаешь, наша. Куры еще, вся хлевная живность, кони.