Фиговый листочек от кутюр
И это безобразие называется летний отдых! На этот раз мне, Евлампии Романовой, придется раскрыть чисто «семейное» убийство... Но все по порядку. Только я с детьми и животными переехала на дачу в Алябьеве, как она... развалилась, сложилась, как карточный домик. Виноват в этом оказался наш новый сосед Глеб Лукич. Он построил свой особняк слишком близко от нашей дачи, и ее фундамент не выдержал... Мы переехали жить в дом гостеприимного соседа. Кирка и Лиза подружились с младшей дочерью хозяина и его молодой женой. Все они обожали розыгрыши и приколы, чем изрядно трепали нервы другим обитателям дома. И вот случился самый невероятный «прикол» – кто-то ночью застрелил Глеба Лукича. Ужас! Мы в одном доме с убийцей! Ведь чужой не мог проникнуть в эту цитадель... И, конечно же, именно мне предстоит вычислить затаившегося гада...
Есть такая?
– Да, – заверещала, поднимаясь, толстенькая женщина.
– Ступайте в администраторскую, к Толкунову Сергею.
Взвизгнув от радости, тетка понеслась в коридор."
"– Еще есть неподписанная записка, с вопросом о молодой женщине и деньгах. Честно говоря, мы не поняли, о чем речь, кто писал?
Я подняла руку. Девица скользнула по мне изучающим взглядом:
– Идите ко мне.
Я влезла на сцену.
– Вон туда, между креслами, – махнула рукой девушка, – прямо вдоль стены, увидите дверь.
Я пошла в указанном направлении. После ярко залитой светом студии служебные помещения показались мне темными, мрачными.
– Входи, – послышалось изнутри.
Глава 26
Ольга сидела за столиком, заставленным батареей баночек, флакончиков и бутылочек. Увидав меня, она отложила ватный диск. Ее лицо выглядело странно. Правая половина, лишенная грима, принадлежала женщине, чья первая молодость была позади, левая на первый взгляд казалась безупречной. Но уже через секунду становилось понятно, что ее покрывает толстый слой «штукатурки».
– Это ты написала дурацкую бумажку? – резко спросила Ольга.
Я спокойно села на стоящий у стены стул, закинула ногу на ногу и раскрыла сумочку. С хамками следует поступать по-хамски. Ольга привыкла безобразничать на шоу, тут ее все боятся. Но в случае со мной она ошиблась, здесь все наоборот – это она должна меня опасаться.
Медленно достав пачку сигарет, я закурила, выпустила дым даме прямо в лицо и нагло спросила:
– Ну и что? Почему дурацкую? Очень правильная записка!
Надо отдать должное Ольге, она не дрогнула.
– Сколько хочешь за молчание? Могу предложить два варианта на выбор. Завтра в шоу разыгрывается автомобиль, правда, барахляный, «шестерка», зато через неделю на кону однокомнатная квартира. Что тебя больше привлекает?
Я посмотрела на ее постаревшую без грима физиономию. Довольно много морщин разбегалось от глаз к вискам. «Гусиные лапки», как правило, придают лицу доброе выражение, но Ольга выглядела злой. Так называемые «собачьи складки», спускающиеся от крыльев носа к уголкам рта, делали ее похожей на мопса.
– Ты сделала ошибку, – усмехнулась я.
– Что ты имеешь в виду? – хладнокровно поинтересовалась теледива.
– Не следовало предлагать деньги, теперь я уверена: это ты убила Глеба Лукича.
– …совсем? – спросила Ольга.














