Фиговый листочек от кутюр
И это безобразие называется летний отдых! На этот раз мне, Евлампии Романовой, придется раскрыть чисто «семейное» убийство... Но все по порядку. Только я с детьми и животными переехала на дачу в Алябьеве, как она... развалилась, сложилась, как карточный домик. Виноват в этом оказался наш новый сосед Глеб Лукич. Он построил свой особняк слишком близко от нашей дачи, и ее фундамент не выдержал... Мы переехали жить в дом гостеприимного соседа. Кирка и Лиза подружились с младшей дочерью хозяина и его молодой женой. Все они обожали розыгрыши и приколы, чем изрядно трепали нервы другим обитателям дома. И вот случился самый невероятный «прикол» – кто-то ночью застрелил Глеба Лукича. Ужас! Мы в одном доме с убийцей! Ведь чужой не мог проникнуть в эту цитадель... И, конечно же, именно мне предстоит вычислить затаившегося гада...
Из лап ГИБДД он вытаскивал меня всего пару раз и то за мелкие нарушения – отчего-то я не нравлюсь сотрудникам дорожно-постовой службы, и они, вместо того чтобы просто, как со всех, взять с меня деньги, отбирают у несчастной Лампы права и вынуждают отправляться сначала в сберкассу, а потом в отделение.
На этот раз Вовка опоздал, влетел в пирожковую запыхавшись и с ходу заявил:
– Слушай, дело не слишком приятное.
Я притухла.
– На дне бачка…
– Про джинсы и револьвер знаю.
– Ага. Имей в виду, кровь Глеба Лукича. А на рукоятке пистолетика отпечатки пальцев Рады.
– Так это неудивительно, – воскликнула я, – она же пользовалась пистолетиком, сам сказал, что вечно таскала его с собой!
Вовка тяжело вздохнул:
– Лампудель, вдумайся, там только ее отпечатки, других нет.
– Убийца был в перчатках!
– Во-первых, он бы тогда смазал те следы, которые имелись на рукоятке, а во-вторых, теперь возможно идентифицировать пальцы, одетые в кожу. Да, мы не можем определить, кто хватал, предположим, стакан. Просто скажем: «Его брала рука, затянутая в перчатку» – ясно?
Я кивнула.
– Так вот, таких следов на пистолете нет, там только везде «пальчики» Рады.
– Что? – безнадежно спросила я. – Ее сфотографировали в момент выстрела?"
"– Нет. Но есть интересные показания свидетельницы, горничной Аси Ломакиной. В свой последний день жизни Глеб Лукич крепко повздорил с Радой, не стану тебе живописать подробности, но он объявил ей, что собирается разводиться, якобы встретил другую женщину и желает избавиться от прежней жены. Предлагал Раде отступные, а та распсиховалась и заорала: «Я тебя убью, если не мне, то и никому не достанешься».
Я молча ела пирожок, не ощущая вкуса. Да уж, положение хуже некуда, только мне все равно не верится, что Рада убила Глеба Лукича.














