Флетч и Мокси

– Ах, Питеркин, вот вы и произнесли магическое слово: ЦЕНТ. Как и любой другой бизнес, в основе киноиндустрии лежат деньги. Много денег. Нигде более не тратится столько денег ради создания иллюзии, – Муни попытался подняться, но с первого раза ему это не удалось. – Подумайте об этом. Сосчитайте ваши иллюзии, мистер Питеркин, – Муни таки встал. – Время дневного сна уже прошло, – сообщил он баньяну, который никогда не спал днем. – А потому надо выпить, чтобы забыть о всех волнениях. Принести вам что-нибудь, Питерсон?

Флетч огляделся.

– Кто такой Питерсон?

– Вы же Питерсон, кто же еще? О, извините, Питеркин. Вы – Питеркин. Вы же сами только что сказали мне об этом. Вам надо бы посмотреть мой ранний фильм «Семь флагов».

– Я его видел.

– Тысячи действующих лиц. И я никого не путал.

ГЛАВА 16

Из двери черного хода появилась миссис Лопес.

– Телефон, мистер Флетчер.

Флетч замялся. Телефон звонил весь день. Флетч наказал Лопесам, по возможности, не подходить к нему. Он бросил сценарий на цистерну и направился к двери.

– Извините, – во взгляде миссис Лопес читалось сочувствие. – Это полиция. Женщина настаивала, чтобы я подозвала вас к телефону. Угрожала мне.

Из гостиной доносились голоса.

– Все нормально.

В коридоре он столкнулся со Стеллой Литтлфорд, идущей к двери черного хода.

– Будьте осторожны, – прошептала она.

– Где Фредди? – спросила Эдит Хоуэлл, едва увидев Флетча.

– Не знаю. Где-нибудь здесь.

– А где Джон Мид?

– Уехал по делу. Скоро вернется. В холле Джерри Литтлфорд, в узеньких трусиках, стоял, прижавшись спиной к стене.

– Я не знаю, – он покачал головой. – Я не знаю.

Через открытую входную дверь Флетч мог лицезреть, что зевак на противоположной стороне улицы заметно прибавилось.

По лестнице спускался Фредерик Муни. С бутылкой в руке.

– Фредди! – воскликнула за спиной Флетча Эдит Хоуэлл. – Ну наконец-то!

Добравшись до нижней ступени, Фредди попытался остановить на ней взгляд.

– Налей мне что-нибудь, дорогой. Я умираю от жажды, – она подхватила Муни под руку и увлекла в гостиную. – Я не откажусь от джина с тоником. Бутылки я тебе покажу. Извини, что я так грубо встретила тебя, когда ты ворвался в мою спальню, но, Фредди, прошло столько лет с той поры, как ты позволял себе подобные шалости...

Когда они проходили мимо Джерри Литтлфорда, тот повторил: «Я не знаю».

– Мадам! – прогудел голос Муни. – Я не ворвался. Я вошел.

Мокси кружила по биллиардной.

– Флетч! Я должна выбраться из этого дома!

– Нельзя.

– Я его не переношу.

– Тебя окружит толпа. Это опасно.

– Я должна выбраться из этого дома! – повторила она, чеканя каждое слово.

Флетч прошел в кабинет и взял трубку.

– Слушаю.

– Ирвин Флетчер?

Флетч вздохнул.

– Он самый.

– Одну минуту.

До него донесся бас Сая Коллера.