Фортуна благоволит грешным

Мы друг другу не доверяли…

– Занятно, – прошептала Шарлотта.

– Сначала они лежали в леднике на земле того богача, что живет тут рядом, но стало теплеть, да еще смотритель стал слишком часто бродить вокруг, проверяя, не зашли ли на землю чужие. Так что золото пришлось перепрятать.

Шарлотта вспомнила, как видела какую-то троицу, проходившую через земли Селвина. Она тогда очень испугалась, потому что один из них напомнил ей Рэндольфа."

"– Один из вас – светловолосый, а двигается как змея, верно?

– Насчет змеи не знаю, но насчет волос – верно, Смит блондин.

– Еще один Смит? – удивился Лайлак. – А его полное имя? И вообще, как зовут всех твоих сообщников?

– Смит. – Арестованный расплылся в улыбке, демонстрируя желтые прокуренные зубы. – Джон Смит – только так мы все друг друга и называли. Может, у них есть другие имена, но я их не знаю.

– А ты? Твое настоящее имя?

Арестованный пожал плечами.

– Для меня тоже сойдет Джон Смит.

Казалось, Лайлака это позабавило.

– Ладно, мистер Смит, вернемся к твоему рассказу. Значит, из ледника вы перенесли монеты в эту конюшню?

– Да, но к викарию приехал слепой. А мы знали, что он тоже ищет монеты.

– Моя фамилия Фрост, – сказал Бенедикт. – И вам вряд ли стоило опасаться, что я замечу золото.

– Но ты был к нему так близко, что мы не могли не беспокоиться. Я сказал, что попытаюсь выяснить, что ему нужно, и малость припугну его.

– Похоже, нравится тебе всех припугивать, – заметил Бенедикт.

– Ну, это бывает полезно. Нам не было нужды тебя убивать, слепой.

– Моя фамилия Фрост, – сказал Бенедикт ледяным тоном. – Между прочим, я два раза с тобой дрался. И оба раза победил.

– Но все-таки ты оставил наше золото в покое, верно?

Бенедикт усмехнулся.

– Просто мне не приходило в голову искать шесть сундуков золота в старой конюшне. Их ведь было именно шесть?

– Может, уже не шесть, – пробормотал парень со вздохом. – Каждый из нас взял по сундуку, но монеты-то тяжелые… Мы еще не успели все перетащить, когда возле конюшни появилась проклятая собака. И каждый раз, когда мы приближались, она лаяла.

– Да, Капитан, – кивнула Шарлотта. – Он часто сюда подходил.

У Лайлака оставалось еще несколько вопросов, а Шарлотта отошла от мужчин и зашагала вдоль стены, вспоминая Капитана. Капитан, чудесная добрая собачка… Если золото все еще находилось в этой конюшне, то лишь благодаря старой гончей.

Что ж, значит, Рэндольф приехал в Строфилд только из-за нее, Шарлотты. А она приехала сюда из-за золотых монет. Золото же попало в Строфилд потому, что Смит, один из четырех Смитов, когда-то жил в этих краях. И они спрятали золото в конюшне дома викария, потому что здесь было полно всякого хлама, которым никто никогда не пользовался. Вот только иногда кто-нибудь все-таки заходил в конюшню.