Фортуна благоволит грешным

– Ах, Бенедикт, когда вы говорите мне такое… Я даже не знаю, о чем рассказывать вам дальше.

– Тогда ничего не рассказывайте. – Он принялся поглаживать ее по спине – вверх и вниз, медленно и нежно… – И я скажу вам еще кое-что, мисс Перри. Кое-что правдивое, откровенное и, наверное…

– Фривольное, – подсказала Шарлотта.

– Да-да, именно так. Но сначала, если позволите, мне хотелось бы задать вам один…

– Можете спрашивать меня о чем угодно, – перебила Шарлотта. – Я готова ответить на любой ваш вопрос.

– Что ж, тогда…

– Спрашивайте, Бенедикт. О чем угодно.

– Видите ли, я знаю, что куртизанка – это прежде всего хозяйка и та, кто развлекает. Но когда у вас появляется покровитель, ваша роль должна была иногда приводить вас в спальню, не так ли?

– Да, так и было, – отозвалась Шарлотта. И тут же почувствовала, что лоно ее увлажнилось. «Какая же я развратная!» – воскликнула она мысленно.

А Бенедикт, по-прежнему поглаживая ее по спине, продолжал:

– Но как может быть… Ох, наверное, я не должен об этом спрашивать, ведь я…

– Теперь уже просто должны, – перебила Шарлотта. – Должны, раз уж начали. Так о чем же вы хотели спросить? О, я сгораю от любопытства!..

– Гмм… – протянул Бенедикт.

Шарлотта внимательно посмотрела на него. Он явно покраснел – это было заметно даже под загаром, покрывавшим его лицо.

– Ну, спрашивайте… – сказала она.

– Как можно заниматься любовью с человеком, к которому… который вас не привлекает? – пробормотал Бенедикт. Он задал этот тайный запретный вопрос, потому что ему было очень любопытно. Долго не решался спросить об этом – и вот теперь, наконец, решился.

Шарлотта откашлялась и проговорила:

– Ну… Если ситуация того требует, то… Тогда я нахожу в этом человеке хоть что-нибудь привлекательное. Возможно, от мужчины приятно пахнет. Или у него приятный голос. Может быть, он щедрый или добрый. Поверьте, почти в каждом можно найти что-нибудь привлекательное.

– Почти?

Медленное поглаживание по ее спине прекратилось.

– Один раз я передумала. Чем лучше я узнавала того человека, тем яснее становилось, что в нем ничто не может нравиться. – «Рэндольф!» – Даже несмотря на его богатство и красивое лицо…

Бенедикт снова стал поглаживать ее по спине, и теперь она даже чувствовала его ноготь сквозь тонкое платье и легкий корсет.

– Вы очень умная, – сказал он. – Нашли наилучший способ добиться успеха.

– Это необходимость. Но, увы, когда незамужняя женщина позволяет мужчине поместить часть его тела в ее тело, она становится менее ценной как человек. Под видом заботы о благопристойности люди одержимы интимными сторонами поведения молодых женщин. Вам это не кажется вульгарным?

– И вульгарным, и несправедливым. – Бенедикт вздохнул.