Загадка для благородной девицы

 – Потом она чуть оживилась и молящее посмотрела на жениха: – Андрей, а быть может, нам устроить свадьбу чуть позже, через полгода хотя бы?

Тот, переведя на нее взгляд, накрыл своей ладонью ее руку и ответил без эмоций:

– Как вам будет угодно, ma chère[34]. Но мне казалось, что мы все уже решили.

– Да-да, конечно… – наклонив лицо, отозвалась подруга. – Но это будет очень скромное венчание.

В этот момент дверь в гостиную, где собрали всех, отворилась, и вошел Михаил Александрович. Натали же при его появлении живо поднялась и бросилась к другим дверям, ведущим в холл, пролепетав на ходу:

– Простите, господа, я справлюсь, как там ужин…

Я вполне справедливо ждала, что подруга захочет поговорить со мной, объяснить свое поспешное замужество и, может быть, спросить совета, как бывало не раз. Однако Натали меня будто нарочно избегала. И добила заявлением, что в Смольный не вернется, что это ее окончательное обдуманное решение и что она уже написала Ольге Александровне. С ней что-то происходило, что-то явно творилось в ее душе и терзало, но, право, меня в то время изводили собственные проблемы, и брать на себя еще и груз забот Натали мне было просто не под силу. Потому я этот тяжелый разговор и откладывала.

* * *После ужина, как и было между нами условлено, приехал Платон Алексеевич в сопровождении судебного пристава Севастьянова, Кошкина и нескольких урядников – привезли Ильицкого для участия в следственном эксперименте.

Появление их стало для всех неожиданностью – это еще мягко сказано. Особенно разволновался почему-то князь Орлов:

– Что происходит? Почему в такой час, я не понимаю!

Платон Алексеевич, уже представившись, вышел чуть вперед и, с прищуром глядя на князя, спросил:

– Разве вы не рады, Михаил Александрович, что следствие по делу вашего друга возобновлено? Или вы считаете его виновным?

Князь густо покраснел:

– Я ни на минуту не допускаю, что Евгений виновен! Но я не понимаю, почему в такой час? Подумайте хотя бы о дамах!

– Дам мы ни в коем случае не задерживаем, – легко отозвался Платон Алексеевич и любезно поклонился в сторону женщин. – Людмила Петровна, Наталья Максимовна, Лидия Гавриловна, вы с легким сердцем можете отправляться спать, происходящее касается лишь мужчин.

– Я лично никуда не пойду! – с истерикой заявила Ильицкая. – Это мой сын, и я имею право знать, что происходит!

Следовало этого ожидать, потому я мгновенно оказалась подле и вполголоса принялась убеждать уйти – не сразу, но мне это удалось. Еще около получаса я сидела в своей комнате, не зажигая света, и напряженно ждала, пока ко мне тихонько не постучал Кошкин.

– Идемте, – позвал он, – Платон Алексеевич распорядился отвести вас в комнату Даши: вы должны находиться на том же месте, что и в ту ночь.