Фронтир

Уж лучше бы она пригласила его к их столику, тогда неловкость ощущалась бы не так остро.

– Госпожа Валич…

– Мы успели поссориться? – Девушка удивленно вздернула бровь.

– Нет. Конечно нет.

– Тогда мы достаточно знакомы, чтобы избрать менее официальный тон. Или за время, что мы не виделись, что-то случилось? Например, вы стали знаменитым.

– При чем тут известность? Меня вообще никто не знает. Просто…

– Ах, Шимон, вы так забавны. Вас шокирует мое поведение? Или вы так переживаете за мою репутацию?

– Признаться, меня больше заботит именно последнее.

– Неинтересно.

У нас в Новой Рустинии это не считается чем-то из ряда вон, тем более вы хорошо знакомы с моими родителями, а мы находимся на виду пары десятков глаз. Эти люди смогут засвидетельствовать, что мы не нарушаем приличий.

– За океаном – да. Но здесь другие правила.

– Мне они неинтересны, так как жить я собираюсь именно там, где родилась. Итак, я вижу, что все же оказалась права, когда прочила вам успех.

– Кхм…

– Понимаю. Вы не хотите раскрывать свое инкогнито.

– В некотором роде.

Не то чтобы их подслушивали, но благодаря необычному поведению девушки внимание они все же привлекли.

Поэтому к их разговору все же невольно будут прислушиваться. Иначе и быть не может. Это было как раз то, чего Алексей всячески старался избежать. Конечно, была еще и мать Ханы, но тут уж ничего не поделаешь, да и не станет же она, оправдываясь в глазах общества, заявлять о личности мужчины во всеуслышание.

– В таком случае предлагаю пройтись по аллее. Здесь неподалеку есть красивое озеро с утками и лебедями. И там же можно купить восхитительные булочки.

– Но как на это посмотрит ваша матушка?

– Уверяю вас, она только испытает облегчение.

Ей настолько неловко перед старинными подругами и моими тетушками, что, если мы исчезнем из их поля зрения, это в большей степени снизит накал страстей.

– Может, не стоило и накалять? – когда они вышли из сивойни и уже шли по аллее, произнес Алексей.

– И лишить себя возможности пообщаться со знаменитостью, о которой с жаром дискутируют не только в рустинских салонах, но и за границей? Ну уж нет. Пусть лучше на меня косятся и судачат о моем непристойном поведении.

– Вы отчаянная девушка, Хана.

– Я из Новой Рустинии, Шимон, и это само по себе должно говорить о многом. Кстати, вам это, пожалуй, незаметно, но даже наше произношение отличается от старосветского.

– Как раз это-то мне заметно, как и более простое общение с иными сословиями.

– Вот видите.

– Хана… Так уж случилось, что при расставании я не учел одну маленькую деталь. Не уточнил, где именно могу найти вас.

– Вы хотели меня найти? – Девушка так стрельнула глазками, что Алексей вновь залился краской.

Вот странное дело.