Фронтир

Вот и выкликнул Грибски добровольцев, отозвав в сторонку Сергея и поведав о своих думках. Оно можно и послать. Но какой в том прок? Если суметь задержать арачей в степи, то можно выиграть время, возможно, и за счет своей шкуры, не без того. Но если ничего не делать, то скорый штурм неизбежен. Они, конечно, неплохо подготовились, но Сергей предполагал, что атаки им не выдержать. Значит, все одно погибать.

Сказалось и его воспитание. Не мог он отсиживаться в кустах, если мог оказать реальную помощь. Ну да, большинство его товарищей по несчастью, вместо того чтобы подумать об экипировке и почаще посещать стрельбище, предпочли тратить время на дешевое пойло и девок.

На эти удовольствия они спустили свои последние денежки еще в Крумле, а здесь все делали исключительно из-под палки. Но ведь от этого не легче.

– Хват, ты определись, чего ты хочешь, – устало произнес Сергей, видя, что вора опять понесло. – То тебе не нравится, что мы пошли в эту вылазку, покинув заставу, то ты не хочешь возвращаться.

– Да я бы вернулся, но упахиваться на солнцепеке никакого желания. Ведь и тут опасно, но и там не так чтобы у бога под боком.

Только там еще и вкалывать нужно. Не. Лучше уж здесь.

– Чего тогда завелся? – недовольно буркнул Ануш, не в состоянии постичь логику друга.

– Скучно.

Варакин окинул взглядом уморительную картину, которую сейчас являл собой товарищ. Тот еще видок, эдакая образина, измазанная смесью жира и золы, одетая в лохматку, напыжившаяся, да еще и с соломинкой, интенсивно перемещающейся между уголков губ. Картина маслом, йок макарек.

Не выдержав, он даже засмеялся, стараясь все же сдерживаться и не очень шуметь.

Его веселье тут же было подхвачено обоими подчиненными. Глупость, конечно, не на заставе ведь, да и пинки могут появиться в любой момент, но уж больно потешным был в этот момент никогда не унывающий Хват.

А ничего так ребятки, не робеют. Настрой боевой, мандраж не наблюдается. Хват что-то тут пытался изобразить, но это все несерьезно. Просто парень в своем репертуаре и, предвидя долгие часы усыпляющей скуки, решил оттянуться, дабы получить заряд на будущее. Ему усидеть в засаде без движения труднее всего. Слишком уж деятельная и живая натура.

Когда это произошло, Варакин и сам не знал. Но в какой-то момент он вдруг стал замечать за собой, что у него выработалась привычка постоянно следить за своими парнями, улавливать их настроение, определять моральный дух. Это выходило само собой. Поначалу он думал, что дело в желании вернуться из этих опасных мест. А возможность этого была, если вот эти парни прикроют его спину. Хват и Ануш составили так называемый ближний круг, и знать, чем они дышат, это просто вопрос выживания.