Фронтир

Место-то найдется или на сеновал?

– Ты меня не позорь, – вскинулась Даска, она хозяйка, и за очаг первый спрос с нее. – При таком-то доме – и места не сыскать.

– Права Даска, Сергей. Ты нас обижать не спеши. Нешто думаешь, позабыли, чем тебе обязаны?

Отдыхать их уложили, как королей, Сергея вообще в отдельную комнату, как самого дорогого гостя. Тело обрадованно отозвалось сладкой истомой. За последнее время ему все больше приходилось спать в открытой степи, не раздеваясь, на шкуре, постеленной на холодную землю или прямо на снег. Словом, удовольствие ниже среднего, не считать же всего лишь одну ночевку в гостинице, хотя там удалось от души попариться.

Все же пребывание в госпитале успело его изрядно расслабить.

Устроившись в уютной постели, Сергей даже не заметил, как уснул. Не успел он донести голову до подушки, как оказался в сладких объятиях Морфея. И сон ему снился замечательный, хотя он и не помнил, о чем именно, просто сладко спалось, не так, как раньше, когда и не поймешь, то ли спишь, то ли бодрствуешь. Так, больше находишься в полудреме, готовый в каждое мгновение вскинуться при первом подозрительном звуке.

Именно поэтому он и не услышал, как дверь в его комнату открылась с едва различимым скрипом и серая тень практически беззвучно скользнула к кровати. Потом замерла перед ним, словно набираясь решимости, и, наконец склонившись, откинула край одеяла и юркнула под него, прижавшись к Сергею горячим телом.

Что и говорить о том, как отреагировал он, уже давно не ждущий от жизни ничего хорошего. Еще не открыв глаза, Сергей откатился в сторону, но только уперся в стену, не пускающую дальше. Затем его руки отбросили неизвестного на пол, а сам он вскочил, готовый отразить нападение.

– Ты чего? Бешеный, – вдруг раздался приглушенный шепот.

– Эмка?

– А ты кого думал увидеть, арачи?

– Ты что тут делаешь?

– А ты не ведаешь? Мой ты. Никому тебя не отдам. И что бы родители ни порешили, я твоей буду.

– Ты глупости-то не городи, – шепотом произнес Сергей, спускаясь на пол и помогая подняться едва различимой в темноте девушке. – С чего ты взяла, что они противиться станут? Мы о том еще в прошлый раз с твоим отцом говорили, и он согласие свое дал. Просто не ожидал он, что я захочу увезти тебя далеко от них.

Ему и матери твоей еще привыкнуть к этому нужно. Но я уверен, что все они решат правильно.

– А как не решат?

– Решат, куда они денутся. Во-первых, отец вас любит и хочет счастья. Во-вторых, ты уж не обижайся, но выгоду он чует за версту. Я вообще удивляюсь, как он не развернулся еще у вас на родине.

– Не давали, вот и не развернулся. Там ведь община, помогали все друг дружке, даже распоследнего лодыря тащили. А здесь он сам себе хозяин.

– Ну вот видишь.