Фронтовик. Без пощады!

– Ты по службе встречаться с ним будешь. Думаешь, я каждого опера из районных отделений к себе приглашаю? Мне что, заняться нечем?

– Не думаю.

– Тогда решай – здесь и сейчас. Второго случая может не представиться.

– Можно подумать?

– Даю пять минут. Иди в коридор, вернешься – о решении доложишь.

Андрей вышел. Мысли в голове путались. Что решить? Он посмотрел на часы. К операм привык, к райотделу, к Коркину. Расставаться жаль, но и расти хочется, настоящим сыщиком стать.

Ровно через пять минут он вошел в кабинет:

– Я согласен.

– Рад за тебя. Возвращайся к себе в отдел, служи.

Пока приказ начальство подпишет, несколько дней у тебя есть. Завершай дела, подчищай – «хвостов» не оставляй.

– Слушаюсь.

Андрей вышел из здания и обернулся. Думал ли он, что ему придется ходить сюда на службу? И мечтать не мог. Сначала постовой, потом опер. А впереди – МУР, учреждение прославленное. Граждане уважают, уголовники боятся.

Он посмотрел на часы – пять часов вечера. В отделение идти смысла уже нет: пока он доберется, в уголовном розыске уже никого не будет.

Решил идти к Валентине. Один важный для себя вопрос он сегодня решил, надо и с личной жизнью разобраться.

Он прождал у дома девушки битых два часа, потом поднялся на этаж и позвонил в квартиру. Никакого ответа. Андрей снова вернулся во двор и уселся на скамейку.

Прошел час, другой… Видно, не суждено им сегодня встретиться.

Андрей поднялся и пошел домой. Мало ли: на работе задержалась, к подруге зашла – она человек свободный. Но в душе он ощущал досаду.

Утром, после планерки Андрей дождался, пока опера разойдутся по делам.

– Каюсь, Василий Федорович, грешен!

– Согласился? Зря! Опыта в отделе набраться надо было.

В МУРе сыщики опытные, ты у них на подхвате, на побегушках первое время будешь.

Видно было, что начальник сожалеет о выборе сотрудника. Приказа еще не было, но оба понимали, что Андрей работает в отделе последние дни.

– Ладно. Иди, просмотри все дела, подчисть «хвосты», чтобы операм не пришлось после тебя доделывать.

Андрей прошел к себе, достал из железного ящика тоненькие картонные папки и стал листать.

День прошел в писанине, беготне по экспертам за заключениями.

А на третий день пришел приказ о его переводе. И Андрей и Коркин знали, что он будет, но для оперов он стал полной неожиданностью – как гром среди ясного неба.

– Андрюха, ты что, женился на генеральской дочке? – удивился Гиви.

– Я же не женат. И в перспективе генеральской дочки нет.

– Тогда почему тебя забирают в городское Управление?

Андрей пожал плечами. Его никто не продвигал, более того – он и не думал, что когда-нибудь попадет на Петровку.

Сдав оружие и патроны, он передал дела Коркину."

"– Не прощаюсь, – протянул ему руку Коркин, – думаю, еще не раз свидимся.