Фронтовик. Без пощады!

– Спасибо. О нашем разговоре просьба никому не рассказывать.

– А он что, вор или грабитель?

Андрей рассмеялся:

– Растратчик.

– А-а-а! А я-то думала – серьезное что-то.

Знала бы она, насколько все серьезно – перед ней был убийца и сбытчик фальшивых денег. Может быть, он сам деньги и не печатал. Скорее всего – это было дело рук убитого Погибы – ведь станок стоял у него дома. Правда, в доме не нашли краску и рисовую бумагу, но матрица, или клише, была.

Андрей доложил о результатах поездки.

– Похоже, одно лицо, – выслушав его, сделал вывод Арапов, – только на этот раз он не надел форму.

Внешность меняет. Ну-ну, посмотрим, поможет ли это ему. С завтрашнего дня начинай отработку оружия, ищи, у кого из старшин револьверы.

Два дня Андрей ездил по районным отделам милиции и в оружейках пофамильно выяснял, какое оружие кому принадлежит. И еще: он просматривал журнал выдачи оружия.

Когда милиционер, заступая на пост, получал оружие, он расписывался, а когда сдавал, расписывался оружейный техник или мастер, в крайнем случае – дежурный.

Пятнадцать человек отпали сразу, поскольку имели служебные пистолеты «ТТ»; еще восемнадцать в этот день оружия не получали – были на выходных или на больничном.

Итого в сухом остатке – двадцать семь человек, имевших при себе револьвер в день убийства.

Андрей осматривал коробки с патронами. В двух отделениях боеприпасы были еще военного выпуска, а в пяти – уже свежие. Он отметил это у себя в списке и как бы невзначай поинтересовался у оружейных мастеров, кто из старшин носит усы.

Картина получалась занятная. Усы – такие, как описал Андрей, – имели восемь человек. Они подпадали под подозрение в первую очередь, хотя и другие не вычеркивались – вдруг усы накладные?

Дома Андрей нарисовал схему, где вверху были фамилии шести десятков старшин.

От них вниз, к фамилиям милиционеров, имевших оружие в день убийства, шла стрелка. Вторую стрелку, указывающую на фамилии усатых милиционеров, он расположил еще ниже. Вроде бы получилось логично.

Однако когда он показал схему Арапову, тот порекомендовал усатых вычеркнуть.

– Вдруг бутафория? А вот то, что ты выписал тех, кто имел оружие в день убийства, – это хорошо.

Круг сузился.

А на третий день, как по графику, пришло новое известие о фальшивой сотне – на этот раз из Пушкино.

Андрей сразу бросился к карте. Арапов улыбнулся:

– Смотрел я уже. Совпадает с твоей теорией: все города, хоть и не по одной линии, но уходят с одного вокзала. А линии уже в Мытищах разделяются. Догадываешься, чем сегодня заниматься будешь?

– В Пушкино поеду! – буркнул Андрей.

– Вот и поезжай.

И снова магазин, снова опросы. Фальшивок могло быть больше, скажем – часть сбыли на рынке.