Фронтовик. Без пощады!
Вернувшись с фронта домой и поступив на службу в милицию, бывший войсковой разведчик осознает, что он снова на передовой, только война идет уже не с гитлеровскими захватчиками, а против уголовного отребья.Пока фронтовики проливали кровь за Родину, в тылу расплодилась бандитская нечисть вроде пресловутой «Черной кошки», на руках масса трофейного оружия, повсюду гремят выстрелы и бесчинствуют шайки. А значит – никакой пощады преступникам! Никаких интеллигентских соплей и слюнявого гуманизма! Какая, к черту, «эра милосердия»! Какие «права человека»! Вор должен сидеть в тюрьме, а убийца – лежать в могиле! У грабителя только одно право – получить пулю в лоб!И опер-фронтовик из «убойного отдела» начинает отстреливать урок как бешеных собак. Он очистит родной город от бандитской сволочи! Он обеспечит уголовникам «место встречи» на кладбище. Он разоблачит «оборотней в погонах» и, если надо, сам приведет смертный приговор в исполнение.
А если согласовывать с вышестоящим руководством, уйдет уйма времени, учитывая, что уже поздний вечер.
– Брать надо! – вскочил со стула Сергей. – У нас четыре ствола, а он один! Маруха его не в счет!
– Фи, Сергей! Советский милиционер, оперативник угро, а «по фене ботаешь». Маруха! А вообще-то, по позднему времени, без санкции вышестоящего руководства может выгореть.
– По шапке можно получить, если что не так пойдет, – подал голос осторожный Мыкола.
– Победителей не судят! – снова вскочил Сергей.
– Ты сначала стань победителем, возьми этого Абросимова.
– Против лома нет приема!
– Ага, – окромя другого лома."
"Начальник угро поднял обе руки:
– Хватит собачиться! Я принял решение – едем на захват. Всем проверить и зарядить оружие, выезд через четверть часа.
– Вот это дело! – Сергей сразу побежал в комнату оперативников.
За ним потянулись Андрей и Мыкола: надо было зарядить оружие, взять про запас патроны. Не банду едут брать, но перестрелка не исключалась.
– Эх, кабы сейчас автоматиков парочку! – вздохнул Сергей.
– Ага, а «максим» тебе не нужен? – подначил его Андрей.
Через пять минут оперативники были готовы. Когда они зашли в кабинет начальника угро, тот говорил по телефону и махнул им рукой – садитесь, мол, не мешайте.
– Да, товарищ полковник! Именно поэтому я и принял такое решение.
Выслушав собеседника, он возразил:
– Нет, утром может быть поздно, может уйти. Где его потом искать? Утром начнет работать общественный транспорт, рядом Москва – он затеряется в городе, как иголка в стоге сена.
Начальник снова замолк, слушая полковника – явно из главка.
– Фотографии в деле старые, сорок второго года. За шесть лет человек может измениться: поседеть, полысеть, отрастить бороду – да мало ли… Нет, я не учу.
А потом – односложно:
– Да… Нет… Вместе со мной – четверо… Нет… Слушаюсь!
Положив трубку, он вытер платком вспотевший лоб:
– Тяжело с начальством разговаривать, иногда проще громилу в одиночку скрутить. Готовы?
– Готовы.
– Едем!
Во дворе стояла та же полуторка, на которой доставили в отдел задержанных.
Василий Федорович на правах старшего занял место в кабине, рядом с водителем, оперативники забрались в кузов, и грузовичок тронулся.
Они въехали в Химки, и грузовик остановился.
Начальник угро открыл дверцу, встал на ступеньку и обернулся к кузову:
– Кто знает, где эта Лесная?
Оперативники переглянулись. Никто не смотрел карту, не удосужился подробно допросить бандитов. Нехорошо получилось.

















