Гарри Поттер и Принц-полукровка

— Это вызов в Министерство на слушание…

— Что? Вызов? Да кто ты такой, чтобы вызывать моего сына куда бы то ни было?

— Я глава Отдела исполнения магических законов, — ответил Огден.

— И что вы там себе думаете — мы отбросы, да? — заорал Гонт, надвигаясь на Огдена и тыча в него грязным жёлтым ногтем. — Отбросы, которые тут же примчатся, стоит только Министерству их позвать? Да ты хоть знаешь, с кем разговариваешь, ты, грязный маленький нечистокровка, а?

— Мне казалось, я разговариваю с мистером Гонтом, — осторожно ответил Огден, но не отступил.

— Вот именно! — зарычал Гонт.

На миг Гарри подумал, что Гонт делает неприличный жест, но потом понял, что тот показывает Огдену уродливый перстень с чёрным камнем, надетый на его средний палец, размахивая им перед глазами у Огдена.

— Видишь это? Видишь? Знаешь, что это? Знаешь, откуда он? Уже несколько столетий он принадлежит нашей семье — так глубоко в прошлое уходят наши корни, и мы все как есть чистокровные! На камне вырезан герб Певереллов! Знаешь, сколько мне предлагали за этот перстень?

— Понятия не имею, — ответил Огден, моргнув, когда перстень пронёсся в дюйме от его носа.

"Взвыв от ярости, старик кинулся к дочери. Гарри даже показалось сначала, что он собирается её задушить, так свирепо он схватил её за горло. В следующее мгновение Гонт подтащил Меропу к Огдену за золотую цепочку на шее.

— Видишь? — рявкнул он на Огдена, потрясая увесистым золотым медальоном. Бедная девушка задыхалась и ловила ртом воздух.

— Вижу, вижу! — поспешно подтвердил Огден.

— Слитерина! — воскликнул Гонт. — Это — Салазара Слитерина! Мы последние из его потомков! Что ты на это скажешь, а?

— Мистер Гонт, ваша дочь! — обеспокоенно предупредил Огден, но Гонт уже отпустил Меропу. Она поплелась обратно в угол, подальше от отца, растирая шею и жадно дыша.

— Вот! — заключил Гонт торжествующе, как будто он только что окончательно и бесповоротно отстоял свою точку зрения в невероятно сложном вопросе. — Поэтому не стоит разговаривать с нами, будто мы — грязь на ваших сапогах! За нами стоят поколения чистокровных, и всё волшебники — не думаю, что ты можешь похвастаться тем же самым.

Он сплюнул на пол, прямо под ноги Огдену, а Морфин снова дико заржал. Меропа молча сидела у окна, съёжившись и склонив голову, отчего её жидкие волосы закрывали лицо.

— Мистер Гонт, — настойчиво продолжил Огден. — Боюсь, что ни ваши, ни мои предки здесь совершенно ни при чём. Я пришёл из-за Морфина, Морфина и маггла, на которого он накинулся вчера вечером.