Где я, там смерть

Мы будем счастливы, как никогда еще не были. Я сделаю тебясчастливой, как не мог сделать за все прожитые нами вместе годы. Ты будешь счастливее, чем была, я клянусь тебе в этом. И мы будем жить долго и счастливо, как выражаются в сказках. Ты веришь мне? Веришь?

Она улыбнулась и кивнула.

А он обрадовался, как ребенок. Глаза его оживленно засияли, губы растянулись в красивой белозубой улыбке.

— Я так переживал… как ты все это воспримешь. Но я верил в тебя. Верил, что ты никогда не опустишь рук. Ты молодец. Я не сомневался. Ведь ты моя Куртни, я знаю тебя, моя любимая «железная леди», которая просто не умеет быть слабой.

Я всегда тобой восхищался. И немного завидовал тому, что все-то тебе по плечу.

Он наклонился и поцеловал ее в лоб. Потом, замерев на мгновенье, опустился ниже, к ее губам. Куртни закрыла глаза, наслаждаясь его поцелуем. Как давно он ее так не целовал, она уже и не могла вспомнить, когда это было в последний раз. Ей казалось, что это было в далекую молодость, когда они только встречались. Он был таким горячим, таким страстным. А потом это вдруг куда-то все исчезло. Нет, он не перестал быть таким, юношеская пылкость и ненасытность оставались в нем и по сей день, только к ней он их больше не проявлял.

Она вообще сомневалась в том, что он когда-нибудь питал к ней истинную страсть. Он лишь исполнял свой супружеский долг, иначе это назвать было нельзя. А с некоторых пор и это перестал делать. Уже не один год он спал с ней в одной постели, не прикасаясь. А она его не принуждала, и пыталась радоваться тому только, что он с нею. И боялась, что наступит день, когда он уйдет, навсегда, и будет спать уже в другой постели, с другой женщиной.

Как ей хотелось его обнять, погрузить пальцы в золотистую шапку волос и погладить их.

Она давно этого не делала, но помнила, какое удовольствие получала от этого, ощущая пальцами и ладонями мягкость и шелковистость его волос. Он положил ладонь ей на грудь и погладил, скорее, это было не осознанное движение, а может, он просто забыл, что она не может больше почувствовать его ласку. Он целовал ее руки, не задумываясь над тем, что она не ощущает его прикосновений.

Никогда больше она не сможет его обнять, не почувствует его объятий. Не погладит его волосы, его тело… Не прикоснется к нему, не почувствует его тепло, гладкость его кожи, упругости мышц, изящества и совершенства линий его вечно молодого тела.

Не почувствует его прикосновений, его ласки… как сейчас. Он гладит ее грудь, а она не чувствует. А ведь она так мечтала, что когда-нибудь он вот так к ней прикоснется, и по телу ее пройдет сладкая дрожь, потому что она все еще желала его, мечтала о его любви так же, как в тот момент, когда впервые его увидела."

"Она помнила это так четко, будто это было вчера.