Генерал-адмирал. Книги 1-4

Для охраны российской собственности при дирекции КВЖД и ЮМЖД создавались охранные отрады; их численность должна была определиться позднее. Если учесть, что к тому моменту оба берега Амура были полностью освобождены от китайского населения, а долины рек Сунгари и Уссури тоже основательно подчищены, весь север Маньчжурии переходил под полный контроль российских властей, который сохранялся даже после вывода войск.

Кстати, и сама депортация прошла куда менее напряжным для нас образом, чем я предполагал. Потому что осуществили ее в основном сами китайцы. Императрица, напуганная русскими войсками, численность которых в Маньчжурии к началу 1901 года превысила двести тысяч человек, повелела своей армии оказать нам всю возможную помощь, дабы побыстрее устранить формальный повод для пребывания русских войск на территории Китая.

Для чего в Маньчжурию вошел стосемидесятитысячный корпус цинских войск. Ну а тут уже между нашими и китайскими войсками выстроились вполне себе партнерские отношения. Совершенно понятно, что в бой китайцы не рвались, зато вопросами интернирования и депортации занялись с огромным удовольствием. Чему я весьма порадовался. Потому что вся ненависть людей, срываемых с мест, где многие из них не только прожили всю свою сознательную жизнь, но и родились, оказалась направлена не на нас, а на цинские войска, чьи солдаты не упускали ни единой возможности поживиться. Русские же тут зачастую выступали как спасители. Китайские «союзники» действовали настолько старательно и воодушевленно, что депортируемые нередко добирались до временных лагерей обобранными до нитки и практически голыми. Впрочем, маньчжуры и остальные местные племена, которых депортация не затрагивала, так же участвовали в этом процессе с не меньшим воодушевлением, подчищая за солдатами в оставленных китайцами деревнях и городских домах все, что плохо лежит, и активно «стуча» цинским командирам на своих соседей-ханьцев, которых по каким-то причинам пропустили при зачистке. Все как обычно — своя рубашка ближе к телу, а безнаказанно пограбить соседа — святое дело.

Цы Си прислала мне по этому поводу пару встревоженных телеграмм, в которых завуалированно интересовалась, не является ли эта деятельность подготовкой к тому, что Россия собирается отторгнуть Маньчжурию от Цинской империи.

Но я, подсластив пилюлю еще и высокой оценкой эффективности действий цинских войск, заверил ее, что подобных планов не имею, а вся депортация осуществляется в рамках лишения бунтовщиков поддержки местного населения и в строгом соответствии с законами Цинской империи.[30] И что сии операции несомненно приведут к тому, что русские войска покинут территорию Маньчжурии даже несколько раньше, чем я планировал.