Генерал-адмирал. Книги 1-4

С трудом увернувшись от торпед, канонерка, оглашая эфир сообщениями: «Подвергся атаке минами Уайтхеда,[37] выпущенными японскими миноносцами в международных водах», сыграла «Отражение минной атаки» и начала разворот, собираясь укрыться в порту. А затем, так как японские миноносцы и не подумали уйти с директрис атаки, открыла ответный огонь. Миноносцы поспешно отвернули, но в свою очередь начали отвечать из орудий, после чего к ним присоединились и японские крейсера."

"Всю свободную от вахты команду «Гридня» выметнуло на шканцы.

Моряки стояли вперемежку — младшие офицеры, кондукторы, матросы — и, стискивая кулаки, смотрели на маленькую канонерку, идущую сквозь лес взрывов, огрызаясь огнем из своих орудий, которые просто не добивали до большинства из тех, кто ее расстреливал. Приходилось стрелять только по тем врагам, что находились недалеко. Несколько минут этот обмен выстрелами не приносил результатов, но затем, благодаря чуду или мастерству русских канониров, один из огромных чугунных снарядов старенькой двухсоттрехмиллиметровки попал по одному из преследующих «Корейца» миноносцев, причем как раз в тот момент, когда тот начал отворачивать. Над морем взвился столб огня и обломков, миноносец мгновенно лег на борт и ушел под волну, будто подводная лодка. Палуба «Гридня» огласилась победным ревом, но на японцев эта победа русских подействовала как красная тряпка на быка. Канонерка уже пересекла границу порта, так что японцы стали прекращать огонь, как видно не собираясь столь беспардонно нарушать международные правила на глазах у множества иностранных кораблей, но гибель миноносца явно привела их в ярость. Поэтому уже начавший стихать огонь сразу усилился, превысив прежний уровень, а два оставшихся японских миноносца, прекратив разворот, вернулись на боевой курс, изготовившись к торпедной атаке.

Брилев-второй стоял на крыле ходового мостика и наблюдал за разворачивающейся драмой в бинокль.

— Ваше высокоблагородие, — забыв о субординации, обратился к нему наводчик установленной здесь же восьмидесятисемимиллиметровой противоминной пушки Каштанов.

 — Чего ж мы стоим-то? Они ж наших-то…

Капитан крейсера отвел бинокль от лица и бросил холодный взгляд на матроса, отчего тот тут же опомнился и вытянулся в струнку. Но Брилев-второй не стал устраивать выволочки провинившемуся. Только качнул головой и тихо произнес:

— Не успеем, — а потом обернулся и приказал: — Мичмана Штырова ко мне. С блокнотом… И, Николай Николаевич, — обратился он к старпому, — отберите пятерых офицеров. Пусть приготовят парадную форму.