Генерал-адмирал. Книги 1-4

Константин окинул их взглядом и пробормотал:

— Калибр — три и сорок пять дюйма, как у старой крупповской образца семьдесят седьмого года, вес снаряда — двадцать два фунта, скорострельность… Хм, вот ведь привязалось! — усмехнулся он и огляделся, разыскивая кого-нибудь из станционного начальства. Разрешение путешествовать с воинским эшелоном ему выбил отец, но по прибытии в Маньчжурию Константину следовало получить аккредитацию при штабе Куропаткина, который, по последним сведениям, находился в Мукдене. А этот эшелон, судя по тому, что сказал Баташов, дальше не идет.

Следовало, во-первых, уточнить, насколько все это правда, и во-вторых, узнать, каким образом добраться до Мукдена.

Единственным человеком в мундире железнодорожника оказался жилистый невысокий старик, с гордым видом торчавший у края разгрузочной платформы.

— Не подскажете ли, уважаемый, — обратился к нему репортер, — как мне побыстрее попасть в Мукден?

Железнодорожник окинул его строгим взглядом и поинтересовался:

— А вы хто такой будете?

— Константин Садовничий, репортер, — представился молодой человек и пояснил: — Мне как репортеру надо зарегистрироваться в штабе генерала Куропаткина.

Таковы правила.

Железнодорожник кивнул, задумался на минуту и снова спросил:

— А с ешелоном почему ехали?

— У меня было разрешение от штаба военных перевозок, — пояснил Константин, роясь в кармане, — ну и самому интересно было. Я уже два репортажа по пути следования отправил. Из Петропавловска и из Тайшета, — гордо проинформировал он железнодорожника. Как сообщил ему самому редактор отдела репортажей, оба его материала были уже опубликованы и приняты публикой очень благосклонно.

Нет, здесь, в Маньчжурии, репортеров уже хватало. В том числе и от его родного «Нового времени». Но все они добирались сюда из Москвы с комфортом, в привычных пульмановских вагонах, а не как он, с воинским эшелоном. Поэтому вот такого репортажа, из первых, так сказать, рук, с вагонных нар, никто еще не писал. Так что воспоминание об этом доставляло молодому репортеру удовольствие. — Вот оно, кстати, — и он протянул железнодорожнику уже изрядно мятую бумажку."

"Тот внимательно изучил разрешение, а затем улыбнулся:

— Дык это, можете нанять рикшу, эвон их скока.

Как все началось, так многие местные свое ремесло забросили и в рикши подались. Здесь-то многие ешелоны останавливаются под разгрузку, а кому из господ офицеров до Мукдена добраться надобно бывает. Вот местные и зарабатывают. Вы не смотрите, что они такие тошшие, они — жилистыя. Быстро доташшат.

Константин окинул взглядом толпящихся у недостроенного станционного здания китайцев и стоящие рядом с ними легкие повозки с сиденьем на одного человека.