Генерал Скала и ученица

— Но если случатся дети, я их признаю.

Я попыталась подскочить, но экипаж тряхнуло и я обратно плюхнулась на сидение. Форсмот поддержал за локоть, словно я была неловкой придворной девицей. Движения без искр выходили слабыми, никакого парализующего заклинания не надо, и так еле шевелюсь.

Что ж. Пусть я физически слаба, но отпор могу дать и словами.

— Какая досада, — лицемерно протянула я. — Вот вы спорили, а я все же утверждаю, что это возраст. Со временем и хватка теряется, и скорость. Потому что вас, мой неспешный лорд, — это обращение я пропела с удовольствием, — опередили. Я выбрала другого жениха.

— Какого еще другого?! — процедил Скала. Но мне уже не было страшно. Пусть наемников своими лограми пугает.

— Какого выбрала, — ласково ответила я. — Хотя, конечно, если бы я знала, что меня ждет от вас такое восхитительное предложение, я бы даже не задумалась… Отказала бы сразу. Потому что ваша прямолинейность и цинизм — оскорбительны. И никогда, слышите, никогда вы не добавите мне статуса. Потрепанное прошлое не может украсить чистоту протелеи Хельвинов.

— Обручение объявили?

— Дело времени.

— Тогда только по завершении турнира.

— Почему? — возмутилась я.

— Потому что свое обручение я бы разрешил вместо тренировок, а чужое запрещаю.

(сегодня еще будет прода. Допишу целиком все, что произошло в карете:)

19.3

— Ракхотовы синие сосцы! — вырвалось у меня. Неожиданно я осознала, что сижу выпрямившись, напряженной до звона, а Скала, наоборот, расслабился, даже немного развалился, и наблюдает за мной через ленивый прищур.

— Вы, — я сделала едва заметную паузу, пытаясь успокоиться. Своей непрошибаемой снисходительностью он постоянно провоцирует меня на эмоции, — предложили мне временное обручение без женитьбы, правильно? И намекаете, что я, как бастард, должна быть благодарна вам за этот мезальянс?

Причем двойной мезальянс! Потому что для герцогини Эльвинейской такая связь также оскорбительна. А от мастера созвездий, приближенного к королю, никто не ждет серьезного отношения к ученице.

Мы оба дико далеки друг от друга. Несочитаемы. И при этом сидим рядом, смотрим в глаза.

— Другие девушки-бастарды были бы счастливы, — протянул он. — И в нашей ситуации пышная помолвка стала бы прекрасным решением, но я не настаиваю. В конце концов у вас еще будет время на раздумье.

Проклятие.

Я ведь на него сорвалась, практически оскорбила намекнув на «потасканность», боги, откуда я вообще это слово взяла… а он продолжает со мной уважительно разговаривать. Вот так себя ведут правители, Лидия. А не нервничают как глупые девчонки от прикосновений к руке.

«В любой ситуации вне боя — не повышай голос», — вспомнила я холодную отцовскую отповедь в ответ на какую-то детскую обиду. Обычно я так и делаю, папа. Вдох-выдох.