Гений пустого места

Когда позвонила Ольга Пилюгина, Хохлов сидел в дежурной части на единственном стуле с ободранной спинкой и ждал, когда до него дойдет очередь. Фанерная дверь сильно хлопала, когда в нее вваливался народ в милицейских ватниках и гаишных куртках, и ледяной воздух обдавал Хохлова с головы до ног. За стеклом хрипела рация, за прутьями «обезьянника» маячили фигуры — они стояли у решетки, держась за нее смуглыми немытыми руками, и их влажные черные глаза были печальны, словно у инопланетян, недоумевающих, как они оказались на этой планете. На плиточном полу стояла лужа от растаявшего снега, и все проходящие расплескивали грязную воду, а пересесть было некуда. В этот момент позвонила Ольга и сказала, что Кузя… убит."

"Хохлов стал переспрашивать, дуть в трубку, кричать, чтобы повторила, потому что он ничего не понял, а когда понял, то не поверил!.. Ольга повторила и еще сказала, что убили его ночью и недалеко от их подъезда.

— Но его же Димон провожал, — растерянно сказал Хохлов. — И у вас двор охраняется!

— Вот именно, — проскрипела Ольга и повесила трубку.

С тех пор, с самого утра, он так и не мог с ней связаться — на звонки она не отвечала.

По сравнению со смертью Кузи пропажа денег уже казалась делом второстепенным и неважным, хотя Хохлов понимал, что деньги придется искать самому. Побывав в дежурной части, он проникся сочувствием к людям в ватниках, с желтыми от усталости лицами. Они входили и выходили, топали ногами, обивая снег с ботинок, поднимались на второй этаж или оставались на первом покурить и снова уходили. Ему даже как-то совестно было думать, что его сто тысяч долларов должны искать они. Дались им его сто тысяч!..

Хохлов стряхнул пепел в кофейную чашку и одним глазом поглядел на листок.

Пункт второй, собственно говоря, вот эти самые деньги и есть. Очень много денег. Кто их упер?.. Кто мог их упереть, если никто о них не знал, даже Вальмира Александровна! Иногда Хохлов утаивал от своей орлицы и коршуницы некоторые финансовые дела. Утаивал, потому что был уверен, что есть вопросы, о которых посторонним людям лучше не знать. Он часто работал с провинциальными заводами, которые до сей поры расплачивались черным налом, и ничего поделать с этим было нельзя! И неудобно, и стремно, и этот самый нал нужно в руках нести, а потом еще на поезде везти или на самолете, но что тут поделаешь!

Что поделаешь, если законы устроены таким образом, что провинциальному заводу легче самому себя с молотка продать, чем соблюсти все нормы и формы! Что поделаешь, если принцип «хочешь жить — умей вертеться» во многих случаях имеет самый прямой и ясный смысл — если не успеваешь оглядываться по сторонам, налетят лихие махновцы, отберут последнее, а самого тебя порубят шашками в мелкий винегрет.