Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Я поднял руку.

— А как насчет этого дела… гм, ну, материализации-телепортации, вы это вроде хорошо умеете?

— Это тоже один из способов перемещения по воздуху, Джексон. Очень быстрый способ, Джексон, но боги ветров быстрее. Нет уж, если Кроносу нужен Олимп, то ему с его армией придется пройти через весь город и захватить лифты. Ты можешь себе представить такое?

Судя по словам Гермеса, это должно было выглядеть смешно — шайки монстров поднимаются на лифтах по двадцать штук за раз и слушают «Остаться в живых». И все же мне его речи не показались убедительными.

— Может, все же некоторые из вас вернутся? — предложил я.

— Ты не понимаешь, Перси Джексон. — Гермес нетерпеливо покачал головой. — Тифон — наш самый главный враг.

— Я думал, самый главный враг — Кронос.

Глаза бога засверкали.

— Нет, Перси. В старину Тифон чуть было не захватил Олимп. Он муж Ехидны…

— Видел ее у Арки, — пробормотал я. — Не самое приятное знакомство.

— …и отец всех монстров. Мы никогда не забудем, что он почти уничтожил нас всех… что он нас унизил! А в те дни мы были мощнее, чем нынче. Теперь мы не можем ждать помощи от Посейдона, потому что он ведет собственную войну.

Аид сидит в своем царстве и выжидает, а Деметра с Персефоной находятся при нем и пикнуть не могут. Все оставшиеся наши силы должны быть брошены против гигантской бури. Мы не можем разбрасываться силами или ждать, когда Тифон доберется до Нью-Йорка. Мы должны сражаться с ним сейчас. И дела у нас идут успешно.

— Успешно? — проговорил я. — Да он почти уничтожил Сент-Луис!

— Да, — согласился Гермес. — Но он уничтожил только половину Кентукки. Теперь он замедляется. Теряет силы.

Я не стал с ним спорить, но мне казалось, что Гермес пытается уговорить сам себя.

В углу печально замычал Офиотавр.

— Гермес, послушай, — сказала Аннабет. — Ты говорил, что сюда хотела отправиться моя мать. Она тебе для нас ничего не передавала?

— Передавала?.. — пробормотал он. — А мне когда-то говорили: «Соглашайся — классная должность. Работенка не бей лежачего. И уйма обожателей». И вот, пожалуйста… никого не интересует, что могу сказать я. Все время речь идет о посланиях других.

«Грызуны, — задумчиво произнес Джордж. — Я участвую в этом ради грызунов».

«Ш-ш-ш, — попыталась урезонить его Марта. — Нас интересует, что может сказать Гермес, правда, Джордж?»

«Безусловно. Ну, мы теперь уже можем вернуться на поле битвы? Я хочу снова поработать в лазерном режиме. Это так забавно».

— А ну-ка помолчите, вы оба, — проворчал Гермес.

Бог посмотрел на Аннабет, которая состроила посланнику богов большие умоляющие серые глаза.

— Да, — вздохнул Гермес, — твоя мать просила предупредить тебя, что вы тут сами по себе. Вы должны удерживать Манхэттен без помощи богов.