Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Его фигура окуталась сиянием. Я отвернулся и заставил Аннабет сделать то же самое, потому что она стояла ошеломленная, не в силах сдвинуться с места.

«Удачи тебе, Перси», — прошипела змея Марта.

Гермес засветился как сверхновая — и через мгновение исчез.

Аннабет села у подножия трона своей матери и заплакала. Я хотел утешить ее, вот только не знал как.

— Аннабет, это не твоя вина. Я никогда не видел, чтобы Гермес вел себя так. Я думаю, хотя и не уверен, что он, наверно, чувствует себя виноватым из-за Луки. И ищет, на кого бы спихнуть вину. Не знаю, чего это он напустился на тебя.

Аннабет вытерла слезы. Она смотрела на очаг, словно это был ее собственный погребальный костер.

Я стоял, неловко переминаясь с ноги на ногу.

— Ведь не заслужила же?

Она не ответила.

К руке у нее был пристегнут нож небесной бронзы — тот самый, что я видел в видении Гестии. Я ведь только теперь узнал, что это был подарок Луки. Я не раз у нее спрашивал, почему она предпочитает сражаться ножом, а не мечом, а она так толком и не ответила. Теперь я знал почему.

— Перси, — спросила она, — что ты имел в виду, когда говорил о матери Луки? Ты что, видел ее?

Я неохотно кивнул.

— Мы с Нико заглядывали к ней. Она была… немного не в себе.

Я описал Мей Кастеллан, рассказал о ее таинственном преображении, о том, что случилось с ее глазами, когда они начали светиться и она заговорила о судьбе своего сына.

Аннабет нахмурилась.

— Ерунда какая-то. Но зачем вы ходили к… — Глаза ее расширились. — Гермес сказал, что на тебе проклятие Ахилла. И Гестия о том же говорила. Неужели ты… окунался в Стикс?

— Не перескакивай с одной темы на другую.

— Перси, да или нет?

— Гм… ну, может быть… немного.

Я рассказал ей историю об Аиде и Нико, о том, как я сражался с армией мертвецов. Я опустил то место, в котором она вытаскивала меня из реки. Мне эта часть так до сих пор и не была ясна, и я смущался, думая про этот эпизод.

Аннабет потрясла головой — все никак не могла поверить тому, что услышала.

— Ты хоть понимаешь, насколько это было опасно?

— У меня не было выбора, — ответил я. — Только так у меня есть шансы против Луки.

— Ты, конечно, имеешь в виду… неуязвимость! Вот почему Лука не умер.

— Ну вот, теперь ты снова начала переживать из-за Луки, — проворчал я.

— Что? — Она посмотрела на меня так, будто я только что свалился из космоса.

— Так, ерунда, — пробормотал я.

Интересно, подумал я, что имел в виду Гермес, когда говорил Аннабет о том шансе спасти Луку, который она не использовала. Она явно что-то недоговаривала. Но в этот момент я был не настроен расспрашивать ее. Меньше всего мне хотелось слушать про ее отношения с Лукой.