Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Вращающееся кресло с сиденьем из черной кожи, два металлических кольца сбоку для крепления удочки (или трезубца). Весьма похоже на кресло в глубоководном аппарате, с которого охотятся за акулами, марлинами или морскими монстрами.

Боги в своем естественном состоянии имеют высоту около шести метров, а потому, вытянув руку, я едва мог дотянуться до края сиденья.

— Помогите-ка мне, — сказал я Аннабет и Гроуверу.

— Ты что, спятил? — удивилась Аннабет.

— Не исключено.

— Перси, — предостерег Гроувер, — боги не очень любят, когда люди садятся на их трон. Не очень любят — в смысле обращают виновных в прах.

— Я должен привлечь его внимание. — Я пожал плечами. — Другого способа у меня нет.

Они недоуменно переглянулись.

— Можешь не сомневаться, — усмехнулась Аннабет, — это непременно привлечет его внимание.

Они переплели руки, сделав что-то вроде ступеньки, а потом подтолкнули меня на трон. Я почувствовал себя младенецем на взрослом стуле — так далеко были от пола мои ноги. Я посмотрел на другие мрачные пустые троны и попытался представить себе, каково это заседать в Олимпийском совете — с одной стороны, огромная власть, а с другой — столько споров, остальные одиннадцать богов всегда хотят настоять на своем.

Тут и свихнуться недолго, если блюсти только свои интересы, в особенности если ты — Посейдон. Когда я сел на этот трон, у меня возникло ощущение, что весь океан покорен моей воле — бесконечные кубические мили воды, кипящие таинственной силой. С какой стати Посейдон должен кому-то подчиняться? Почему бы ему не стать самым главным из двенадцати?

Я потряс головой.

«Нужно сосредоточиться», — сказал я себе.

Вдруг из трона донесся глухой рокот. Волна гнева шквалом ударила мне по мозгам.

— Кто осмелился…

Голос резко оборвался. Гнев отступил, что было очень кстати, потому что даже эти два слова чуть не разодрали мой мозг на части.

«Перси. — Голос отца все еще был гневным, но теперь стал более сдержанным. — Что это ты делаешь на моем троне?»

— Извини, отец, — сказал я. — Мне нужно было привлечь твое внимание.

«Это очень опасная штука. Даже для тебя. Если бы я, прежде чем пришлепнуть нахала, не взглянул, кто тут сидит, от тебя сейчас осталась бы одна лужица морской воды».

— Извини, — повторил я.

 — Послушай меня. Дела тут обстоят очень худо.

Я рассказал ему, что у нас происходит, а потом сообщил о моем плане.

Посейдон долго молчал.

«Перси, то, о чем ты просишь, невозможно. Мой дворец…»

— Папа, Кронос специально выслал против тебя армию. Он хочет отделить тебя от других богов, потому что знает — твое участие может решить исход дела.

«Может, и так. Но пока он атакует мой дом…»

— Я сейчас в твоем доме, — возразил я. — На Олимпе.

Пол заходил ходуном. Волна гнева вновь прошлась по моим мозгам.