Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Падать совсем не хотелось, но келедонина музыка окатывала меня со всех сторон, как прибоем, размывала мою решимость. Мне уже виделось, как я легко, будто пёрышко, лечу вниз… приземляюсь на берегах вальяжно текущей реки… где так славно можно было бы устроить пикник с моей подружкой…

Аннабет.

И я вспомнил, как спас Аннабет от сирен, когда мы с ней бороздили Море Чудовищ. Я держал её мёртвой хваткой, а она плакала, и вырывалась, и пыталась плыть навстречу смерти, потому что впереди ей уже виделись счастливые берега земли обетованной.

Теперь это она держала меня. И она говорила мне в самое ухо: «Водоросли у тебя вместо мозгов, Перси! Это же трюк! Обдури её сам или умрёшь.

А если и правда умрёшь, я тебе никогда этого не прощу, так и знай!»

Это-то и разрушило чары келедоны. В гневе Аннабет будет пострашнее большинства чудищ. Только не говорите ей, что я это сказал.

Я ещё раз поглядел на безмятежно развевавшиеся вверху джинсы. Меч в обличье ручки был надёжно запрятан в кармане, пользы от него никакой. Где-то за пределами видимости Гроувер снова заныл что-то о птичках, но и это не помогло. По всей видимости, келедона обращалась в птицу, только если её неожиданно испугать.

Погодите-ка…

Идиотский План версия 2.0 забрезжил у меня в голове. Чего только не придумаешь с отчаяния.

— Эй! — заорал я наверх. — Ваша взяла. Вы просто чудо какое-то, мисс Келедона! Я вами восхищаюсь! Можно мне сейчас, на пороге смерти, ваш автограф напоследок?

Келедона умолкла посреди ноты. И удивлённо уставилась на меня, а потом улыбнулась от удовольствия.

— Гроувер! — завопил я во всё горло. — А ну дуй сюда!

Лира тоже заткнулась. Над краем крыши возникла физиономия сатира.

— Ой, Перси… Мне… мне так жаль!

— Да всё нормально, чувак!

Я изобразил улыбку, постаравшись параллельно передать ему по эмпатической связи реальное положение дел. Целые связные мысли мне посылать никогда не удавалось, так что я постарался сосредоточиться на самом главном: будь наготове, соображай и действуй быстро. Надеюсь, дружище не протупит.

— У тебя там не найдётся ручки с бумагой? — крикнул я ему. — Я хочу перед смертью взять у этой леди автограф.

Гроувера аж перекосило.

— А… Э… нет. Но у тебя в кармане джинсов разве не было ручки?

Самый.

Умный. Сатир. На свете. Браво! Отлично схватывает парень.

— А ведь верно! — я умоляюще воззрился на келедону. — Пожалуйста? Последнюю просьбу, а? Не могли бы вы извлечь ручку у меня из джинсов и подписать… да хоть бы их и подписать? Тогда я умру счастливым.

Золотые статуи не краснеют, но келедона выглядела крайне польщённой. Она наклонилась, ухватила джинсы, вытащила их на крышу и достала из кармана ручку.

Я аж дыхание задержал. Никогда ещё не видал Волнолом в руках у чудовища.