Гиперборей

Асмунд, проведи гостя, святого волхва, в покои для гостей. Дай помыться, накорми, а я скоро освобожусь.

Асмунд разочарованно хрюкнул, сказал безнадежным голосом:

— Там еще девка... Тоже мне, святой пещерник! Ее куда?

Рюрик снова взял молот, отмахнулся:

— С ним! Кто знает, какие обеты взял на этот раз сей волхв-пещерник?

Асмунд пошел вслед за Олегом, бормоча зло:

— В самом деле земля чудесами полнится... Святой пещерник! А я тогда кто? Пастушок? Эй, девка! Иди рядом с... гм... пещерником. Да не глазей по сторонам, мы лазутчиков не жалуем. А ежели жалуем, то лишь хоромами о двух столбах и с перекладиной сверху.

"

"Гульча оглядывалась, она никак не могла поверить, что могучий подмастерье, который послушно выполняет приказы кузнеца, — князь. Пока Асмунд вел их через двор, Олег ловил на себе любопытные взгляды. Чтобы прощупать медведеподoбного Асмунда, который был похож даже не на медведя, а на дива, спросил:

— Обнищал князь?.. Сколько ему платят за работу в кузнице?

Гульча бросила предостерегающий взгляд, Асмунд же мгновенно рассвирепел, стал устрашающе красным, багровым, руки его раздвинулись, а костяшки на пальцах побелели:

— Что? Повтори, что твоя поганая пасть мявкнула?

— С мирными пещерниками так не разговаривают, — мягко укорил его Олег.

 — Грех.

— Но ты...

— Князь будет недоволен, — сказал совсем кротко Олег. — В его доме! Обижают гостя! Святого пещерника...

— В гробу я видел таких пещерников! — рявкнул Асмунд, все еще угрожающе багровый. — Я их сам душил, как мух...

— Не кричи. Ребенка испугаешь.

Гульча несказанно изумилась:

— Меня? Да кого эта толстая копна, увешанная ржавым железом, испугает?.. За что обижаешь, святой волхв?

Асмунд, рассыпая искры, как железная болванка, выхваченная из горна, свирепо толкнул ногой дверь, впустил Олега с Гульчей, с треском захлопнул следом, и слышно было, как яростно загремел железный засов.

Они очутились в большой горнице с низким потолком. Лестница с широкими каменными ступенями вела наверх, а в стене напротив были еще две двери, добротно сделанные. Уйти отсюда нелегко, но оскорбленный воевода гремел засовом лишь для устрашения да тешил раненую гордыню — они еще не пленники. Гульча сразу бросилась к бочке с водой, обнаружила зеркало из полированного металла, гребень восточной работы, скребок для чистки коней.

Еще не успела распорядиться неожиданным богатством, как появились двое холопов мрачного вида, принесли блюда с жареным мясом и рыбой.

Рюрик появился, когда Олег уже отодвинул тарелку, а Гульча еще клевала, выбирая моченые ягоды. Князь легко сел к ним за стол, сказал весело:

— Вот и хорошо. Я тоже недавно завтракал, а вина выпьем вместе. Ты прости, но мед здесь редок, а хмельного меда местный люд не знает вовсе.