Гиперборей

Олег отложил меч, спросил:

— А где Рюрик?

Асмунд резко обернулся, хватаясь за рукоять топора. Его глаза расширились, когда он увидел огромный двуручный меч:

— Идет... С твоей послушницей задержался...

— С послушницей или с гусем?

В комнату вошел Рюрик, бросил хмуро:

— Извини, я захватил Асмунда. Ему, впрочем, доверяю больше, чем себе.

Асмунд прошелся по комнате, озабоченно выглянул в окно. Рюрик тяжело опустился на лавку. Лицо князя было землистого цвета.

— Я говорил с Умилой. Она сказала: куда иголка, туда и нитка. Тяжко мне решать, святой пещерник.

Гульча внесла на подносе искусно зажаренного гуся. Коричневая корочка пузырилась, одуряющий запах наполнял комнату. Брюхо гуся раздулось, начиненное яблоками. Асмунд облизнул внезапно пересохшие губы, сказал горько:

— Этот поморский народ, который умеет так готовить гуся, скоро исчезнет?.. Невосполнимая потеря!

Гульча поджала губы, но стерпела. Асмунд не понял, почему юная послушница стегнула его огненными глазами, пожал плечами, потянулся к гусю. С женщинами ему не везет — усвоил давно. Даже не пытался понять их капризы.

Когда от гуся остались только раздробленные косточки, мужчины откинулись от стола. Рюрик сказал как о решенном деле:

— За неделю соберу дружину. Народ у меня на подъем легкий, обозы не таскаю. Война должна сама себя кормить, так считаю.

— Сколько в дружине? — спросил Олег.

— Три тысячи старших дружинников, русичей. А с младшими — двадцать тысяч.

— Объяви полный сбор. Скажи всем, что через две недели выступаете в дальний поход. Куда, не говори.

— Думаешь, не догадаются? Особенно если враг — Семеро Тайных.

— Если не пытаться держать в тайне, заподозрят неладное.

— Надеешься, что успеем проскочить хоть половину пути, прежде чем навстречу стянутся достаточно большие войска?

Олег внезапно на цыпочках подбежал к окну, прислушался. Вернувшись, сказал уже совсем тихо:"

"— Необходимости нет. Враг изготовится останавливать крупное войско, а мы проскользнем незамеченными.

Рюрик удивленно вскинул голову:

— Кто это мы?

— Ты с Умилой и ребенком и я. Можешь взять Асмунда, если он готов.

Рюрик смотрел с подозрением. Асмунд заворочался, лавка под ним завизжала, как придушенный поросенок. Олег объяснил:

— Рюрик, как бы ни были храбры твои русичи, их остановить сумеют. Надо пройти земли лютичей и бодричей, а в тех племенах на каждый твой меч поднимется сотня! Они свирепы, сильны, воевать умеют — четыре сотни лет полыхает братоистребительная война! Чужаков не любят. Не придется даже натравливать, сами кинутся, едва завидят чужие прапора.

Рюрик медленно покачал головой.