Главное задание

Ключ вошел в нее с глухим щелчком, и сразу послышался шум, будто где-то за стенкой заработал лифт."

"В стене, прямо между витринами, открылась скрытая дверь. А из нее на нас вывалился самый настоящий зомби. Когда-то он был мужчиной, причем довольно высокого роста и крепенького такого телосложения. Физиономия у него совершенно разложилась, была покрыта лиловыми и зелеными пятнами, одна глазница пустовала, а уцелевший глаз был будто наполнен свернувшейся кровью. Всвалявшихся волосах зомбака что-то копошилось – мне совсем не хотелось знать, что именно. Одежда на нем превратилась в бурые лохмотья, которые почти не скрывали того, что криминалисты называют крайней степенью гнилостного распада.

Куршавель мяукнула от ужаса и бухнулась в обморок. Я тоже едва не отрубился, не столько от вида этого парня, сколько от того непередаваемого амбре, которое он принес с собой в библиотеку. А еще кадавр был настроен крайне недружелюбно. Злобно зашипел и попер на меня, протягивая ко мне свои мерзкие полусгнившие корявки. Мой желудок медленно, но верно пополз к горлу.

- Момент, - сказал я зомбаку, отбежал подальше и выблевал давешний ужин в кувшин.

– Вот теперь я готов.

Зомби совершенно не заинтересовался лежавшей на полу Куршавель и двинул ко мне, продолжая шипеть. Я представления не имел, как можно прикончить парня, который уже умер, но метнул в него один за другим мои метательные ножи. Первый попал ему в грудь и отскочил, второй угодил прямо между глаз. Зомбак отшатнулся, а потом пошел на меня снова. Двигался он не то чтобы быстро, но довольно уверенно, и его глаз был все время направлен на меня. Временами зомби скашивал его на торчащий в его физиономии нож.

Все, что мне оставалось, так это попытаться лишить его зрения.

Итак, я прыгал вокруг своего противника, колол мечом, целя в глаз, а мертвец уворачивался, причем делал это довольно ловко. Наверное, со стороны это смотрелось как игра «Попадешь – не попадешь». Так мы забавлялись наверное с минуту. Потом кадавр изловчился, отбил лапой мой меч и так проворно кинулся ко мне, что я едва не пропустил удар разложившейся пятерни в лицо. На меня пахнуло такой вонью, что в глазах потемнело. Помню, что я завопил и треснул его мечом по башке. Меч разрубил зомбака от макушки до подбородка и крепко засел в его черепушке.

Пару мгновений я пытался вырвать клинок из головы кадавра, а потом заметил, что он больше не шипит. Мертвец застыл в неподвижности, а потом подломился в коленях и свалился на пол рядом с Куршавель.

Немного отдышавшись, я вытер меч о портьеру, потом вытащил из трупа свой метательный нож и тоже его протер (было очень неприятно!) и занялся Куршавель. Она довольно быстро пришла в себя.

- Ой! – пискнула она, когда к ней вернулась способность соображать.