Глаз тигра. Не буди дьявола
Уилбур Смит (1933–2021) родился в Северной Родезии (Южная Африка). Его перу принадлежат 49 историко-приключенческих и остросюжетных романов. За свои заслуги в области литературы Уилбур Смит удостоен Британской национальной книжной премии.В сборнике представлены одни из самых известных его «сольных» романов – «Глаз тигра» и «Не буди дьявола» в новых переводах.Гарри Флетчер решил покончить с криминальным прошлым («Глаз тигра»). Он поселился на острове у берегов Южной Африки и теперь честно – ну или почти всегда честно – зарабатывает на жизнь, устраивая для туристов морские прогулки с рыбалкой. Но однажды на борту его катера появляются крутые парни, и интересует их вовсе не рыба – они ищут затонувшее в океане сокровище древних индийских царей: золотой трон в виде тигра, с инкрустированным бриллиантом, которому нет цены. Вскоре Гарри понимает, в какую опасную авантюру ввязался, ведь если поиски увенчаются успехом, лишних свидетелей попросту уберут…Судьба свела их в Занзибаре, и с этого момента старый пройдоха Флинн и простодушный Себастьян стали браконьерствовать на территории германских колоний Африки («Не буди дьявола»). Считая себя неуязвимыми, они совершают ограбление резиденции кайзеровского наместника. Кто мог подумать, что после этого для них разверзнутся врата ада и ничто в их жизни уже не будет прежним?..Роман «Глаз тигра» ранее издавался под названием «Взгляд тигра».Роман «Не буди дьявола» ранее издавался под названием «Крик дьявола».
Они принялись долго обсуждать эту проблему, и, пока разговаривали, бригада рабочих перетаскала дрова в кормовую часть трюма и растворилась среди суетящихся толп остальных работников.
От страха Себастьяна даже бросило в холодный пот, он весь дрожал, голова кружилась. Он ясно чувствовал, что германский офицер что-то заподозрил. Холодный взгляд его синих глаз обжигал, как сухой лед. Себастьян сгорбился под тяжестью ноши, ему хотелось сейчас если не исчезнуть вовсе, то как можно более умалиться и постараться преодолеть это болезненное, липкое, угрожающее его раздавить чувство страха.
– Он заметил тебя, – прохрипел родственник Мохаммеда, шаркая ногами рядом с Себастьяном.
– Да, – отозвался Себастьян и согнулся еще ниже. – Все еще смотрит?
Старик оглянулся через плечо.
– Нет, – ответил он. – Разговаривает с Мафутой, этим толстяком.
– Хорошо. – Себастьяну сразу стало легче. – Надо поскорей вернуться на катер.
– Погрузка почти закончена, но сначала надо поговорить с моим братом. Он нас ждет.
Они свернули за угол кормовой орудийной башни. Гора дров на палубе была уже аккуратно уложена в штабель и закреплена веревкой. Облепившие штабель чернокожие люди натягивали сверху огромное полотнище зеленого брезента.
Они подошли и добавили сверху принесенные ими дрова. Потом, по африканскому обычаю, решили отдохнуть и поговорить о том о сем. Со штабеля к ним спустился человек, немолодой уже, энергичный, с седыми курчавыми волосами, в безукоризненном наряде из накидки и футляра для пениса. Двоюродный брат Мохаммеда с учтивой симпатией приветствовал его, они вместе понюхали табачку.
– Это мой брат, – представил он его Себастьяну. – Его зовут Валака. В молодости он убил копьем льва. Крупного льва с черной гривой."
"Эта информация показалась Себастьяну не совсем идущей к делу, страх разоблачения не покидал его, вызывая нервное беспокойство. Тем более что кругом полно немцев, крупных, светловолосых, громко отдающих распоряжения, то и дело подгоняющих работников, наблюдающих за ними с высоты палубных надстроек, расталкивающих локтями, когда они проходят мимо. Себастьяну было очень нелегко сосредоточиться.
А двое его сообщников по-родственному предались разговорам. О том, что младшая дочка Валаки родила прелестного ребенка, что за время его отсутствия на деревню Валаки напал леопард и убил трех коз. Кажется, очередной внучок не мог заменить Валаке потерю коз. Он был очень расстроен.
– Леопарды – это дерьмо мертвых прокаженных, – сказал он и хотел было продолжить обсуждение этой темы, но Себастьян его перебил:
– Расскажи мне о том, что ты видел на этой лодке. Говори быстро, у нас мало времени. Я должен уходить, пока этот немец не явился сюда за нами с веревками.















