Гнездо Седого Ворона

Он вспомнил библиотеку Декана, да и здешнюю, во все эти застекленные коробки нельзя было запихнуть и десятой части, как мудрено говаривал сам хозяин книжной сокровищницы, единиц хранения. Но тот, кажется, вовсе не собирался обсуждать с ним эти чудеса. Хранитель Знаний подошел к одному из столов и взял ярко раскрашенный лист бумаги.

«Карта», — догадался бывший страж. Прежде ему доводилось иметь дело с самодельными кроками — памятными рисунками, которые делали для себя караванщики, пускаясь в дальний путь. На большом листе выделанного из телячьей шкуры пергамента изображались места, удобные для стоянок, источники, отмечались броды на реках и многое другое, что могло пригодиться в пути. Конечно, подобную информацию всегда было лучше хранить в голове, но были такие, кто составлял подобные кроки.

Так вот, как говаривал наставник, кроки — лишь слабое подобие карты. На карте можно сразу увидеть весь мир, со всеми его горами, лесами и морями. Леха с интересом поглядел на чудо в руках Библиотекаря. Неужели это и есть настоящая карта?

— Смотри, — меж тем говорил старик, — это спутниковая фотография, сделанная в первые часы после событий Того Дня. Здесь видны зоны полного затопления и результаты, — он указал пальцем на черные круги, — ракетно-ядерных ударов.

Лешага с удивлением слушал Хранителя Знаний, дававшего пояснения твердым, едва ли не железным тоном. Он не понимал большей части слов, но очень хотел понять.

— Смотри, — вновь повторил Библиотекарь, расстилая карту на столе. — Вот здесь, видишь эту синюю линию, находимся мы. А вот тут, — он сдвинул указательный палец далеко вправо, — когда-то располагался Шаолинь.

Глава 7

Он замер и прислушался. Лес казался абсолютно спокойным, беззаботные птахи трещали так задорно, что невольно хотелось улыбаться. Он вообще любил этих белобоких чернокрылых птиц за их любопытство и неунывающий нрав, однако сейчас за их стрекотом таилось что-то настораживающее, он сам пока не понимал, что, но чувствовал прекрасно, как в районе копчика вдруг начало противно ныть, и это был верный знак остановиться. Если бы в своей жизни он не прислушивался к таким малозначительным на первый взгляд сигналам, то, пожалуй, сегодня уже не ходил бы по земле.

— Ты по-прежнему хорош, — насмешливо донеслось из-за ощетинившихся иглами кустов."

"— Тем и живу, — ответил человек, на всякий случай отступая в тень. После разгрома отряда Ильшаха от хозяина можно было ожидать короткого и однозначного, как свист клинка, приговора. Оставалось лишь гадать, какой смерти пожелает его предать наместник Пророка.