《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Васька Грязной так и стоял на пороге, не смея войти, да всё глядел и глядел на сей круговорот.

Девицы подхватывали юбки свои, чтобы отпрыгивать друг ото друга да бегать, точно дети по зале. И всё никак не мог смекнуть, от кого же разбегаются девицы, покуда не заприметил в самом кругу Фёдора Басманова.

Молодой опричник был разодет в шёлковую рубаху, исшитую серебром поверх тёмно-изумрудной ткани. Глаза его скрывала повязка-пояс из бардового бархата. Девицы подбегали, касались его плеча, вьющихся волос, и тотчас же отбегали, одёрнув руку точно от огня.

Фёдор же, видно давал им приблизиться, да ровно настолько, чтобы игра продолжала звенеть юным веселием.

Очередная прелестница была не столь резвой, нежели подруги её, да всё же Басманов перехватил руку её, да взялся за запястье.

Девушка остановилась, да перевела дыхание, убирая пряди волос своих, что растрепались в ходе забавы, за уши.

Басманов снял повязку, да вложил в руку девицы, а сам запрокинул голову вверх, да тряхнул головою своей, убирая волосы от лица своего.

Забава притихла, и вся зала переводила дыхание. Фёдор перевёл взгляд свой на Ваську Грязного, коий был всё это время будто бы и вовсе незрим.

Фёдор отдал знак скоморохам да девицам, дабы продолжилась игра, а сам отошёл ко столу, да махнул Ваське, дабы тот подошёл.

- Боюсь даже ведать, чем ты маешься, Федька! – с усмешкой молвил князь, да потирал уж руки, завидя, как Басманов наливает в две чаши вино из изящного серебряного кувшина, ручка коего изгибалась шеей лебедя.

- Что ж тут ведать? – с улыбкою ответил Фёдор, протягивая чашу другу своему. – Служба такая. Исполняю волю светлого царя нашего.

Юноша произнёс эти слова будто бы с сожалением, хотя улыбка на его лице была тому врознь.

"

"- Али нужна помощь моя, ты только свистни! – Васька залпом опустошил чашу свою в два больших глотка, да обернулся на забаву девиц.

Они ловко перебегали с место на место, сторонясь той, что была в центре с завязанными глазами. Она вслепую оборачивалась каждый раз, когда иная подбежит, да коснётся платья её, плеча али косы.

- А знаешь, Вась, можешь и помочь мне. – ответил Фёдор, взяв чашу свою, да воротив её на стол.

Скрестив руки на груди, юноша облокотился спиною о стол, да поглядывал за пляской пёстрых сарафанов.

- Какая девица боле всех тебе по нраву? – спросил Фёдор, взглядом провожая то одну, то другую.

- Ишь чего!... – вздохнул Василий, стараясь разглядеть всех девушек, да ловки они были и проворны.

Изредка та или иная прелестница, запыхавшись средь забавы, отходила от игрища, да не боле, чем на минуту, а после того и пускалась вновь, да пуще прежнего.

Разбегались глаза Грязного, как вглядывался он в череду этих нежных рук, что тут же одёргивались, этих кос, что едва ли не волочились по полу.