《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Владыка упивался своим безволием в роковом своём влечении ко слуге, и более того упивался лишь покорным безволием самого Фёдора пред собою."

"Басманов опёрся о стол спиной, упершись руками о край стола. Главу свою юноша склонил на бок, глядя на Иоанна сверху вниз, сокрыв томный взор под густыми ресницами.

Царь опустил руку на бедро юноши, медленно поведя ею. Фёдор прикусил губу, позволяя Иоанну повалить себя спиною о стол.

Распахнув кафтан юноши, царь узрел шрам, пресекающий пылко вздымающуюся в волнении грудь. Иоанн провёл по нему рукою, нависнув над Басмановым.

Фёдор завёл руки за голову, схвативши край стола. Томный вздох вторил каждому пылкому, жаркому царскому поцелую.

До самого утра не унималось того неистовства за окном.

...

Царь спустился к трапезе в особо славном расположении духа. Длинные рукава красного кафтана едва касались полу, покуда владыка входил в палату. Наряд исшит был золотом, и стебли невиданных цветов, да диковинных сплеталися меж собою причудливым узором.

Мария уж приступилась к трапезе, равно как и царевичи Фёдор и Иоанн Иоанновичи. Как владыка переступил порог, взоры царской семьи тотчас же устремились на него, а опосля – сразу же на Фёдора, что следовал за Иоанном.

Как и государь, юный опричник в самом деле был в добром расположении духа. С утра юноша был гладко выбрит, чувственная кожа его ещё алела спелым румянцем после бритья. В ушах поблёскивали длинные серьги, на пальцах поблёскивали кольца. Наряду с тем, как Фёдору уж пристало представать при дворе, нынче одёжу юноши можно было наречь и вовсе скромной.

Кафтан цвета налитой вишни распахнут был, под ним же – льняная рубаха, подпоясанная широким поясом, за него же заткнут нож.

Опричник отдал низкий поклон государыне, верно, вовсе не смутившись холодному её взору, полного смятения. Она безмолвно вопрошала владыку, сведя чёрные брови свои. Царь же, проходя мимо сыновей своих, ласково потрепал их по светлым головушкам.

Царевичи не были балованы ласкою отца своего грозного, сурового, оттого нынче же на лицах их юных засияли светлые улыбки.

Царица Мария всё глядела на юношу, коий, несомненно, видел, али нутром должен чуять, как глядит на него государыня.

Царь же занял место своё во главе стола, подав руку супруге.

Жена покорно припала устами к кисти Иоанна.

Фёдор щёлкнул холопам, подзывая стольника с кувшином вина. Приняв сосуд, Басманов наполнил чашу царя, затем, обойдя владыку, вопрошающи взглянул на супругу царскую.

Мария хмыкнула себе под нос, подставляя ему свой кубок. Фёдор в учтивом поклоне наполнил его. Царица нахмурилась пуще прежнего, заметив царский перстень на большом пальце юноши – то была государственная печать.

Вновь поглядела Мария на супруга своего, да тот и бровью не повёл.