《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Иоанн оставался неподвижным, глядя на былое самовольство на лице Фёдора, да что-то в нём сделалось иное, что-то переменилось. В нём воспряла иная гордость, вовсе не сродни с глупой ребячливостью.

Юноша отстранился от опоры своей, и скорым шагом приблизился к владыке. Иоанн не смог, не успел посторониться от тёплых объятий, в которые его завлёк Фёдор.

Оба хранили молчание.

Неведомо, сколько времени прошло – во мрачных царских покоях весь мир точно замирал, и там, за окном не делалось ничего, что было бы важно.

Фёдор крепче взялся за мрачное одеяние владыки, приблизившись к самому уху Иоанна.

- У меня сын родился. – прошептал Фёдор.

Иоанн коротко усмехнулся, кивнув головою.

- Правда что ли? – вопрошал владыка, крепче обнимая юного опричника.

Басманов, не ведая себя от вновь прильнувшей радости часто закивал.

...

Фёдор медленно отходил от глубокого сладостного сна. Потягиваясь, он неспешно сел в кровати, приоткрывая сонные глаза. Мутные пятна скоро обрисовались единой картиной.

Фёдор видел Иоанна со спины, облачённого в белую рубаху. В столь ранний час Иоанн вновь припал с пищим трудам.

- Ты вообще спишь, душа моя? – зевая, вопрошал Басманов, потирая затылок.

Владыка усмехнулся, да сел вполоборота.

- Самому бы знать. – вздохнул Иоанн, откладывая перо.

Несколько коротких мгновений царь отдал любованию младого опричника. Фёдор улыбнулся словам Иоанна, и вновь зевнул, прищуривши свои ясные очи.

Басманов повёлся взглядом на окно. Солнечный свет торжественно падал в покои, нарушая привычный сумрак. Занимался ясный день. Небесная лазурь торжествовала безмерно далёким величием.

- Я видел как-то славный сон. – сонно пробормотал Фёдор, продолжая глядеть в окно.

Иоанн пожал плечами.

- Мир грёз лукав. – произнёс владыка, откидываясь на спинку кресла. Его руки покойно легли на резные подлокотники.

- Будто явь не лукава. – ответил Басманов, с лукавой улыбкой поглядывая на царя.

Иоанн усмехнулся, медленно кивая.

- Явь много боле коварна. – согласно молвил Иоанн.

Парень усмехнулся, рухнув обратно в мягкие перины. Царь наблюдал из-под полуопущенных век, как юноша продолжает нежным мягким объятием утреннего сна.

Прошло немного времени, когда двери царских покоев отворились, и государь покинул свою опочивальню.

"Едва владыка переступил порог залы, так велел отворить окна настежь. Свежий порыв тёплый ветров быстро наполнял просторную залу.

Тяжёлое царское облачение поблёскивало златыми узорами. Иоанн поглядывал на края крепостную стену. Её кромка точно залилась ярким светом, покуда в стенах самой крепости трудились крестьяне.

Вдруг взор его смутился.

- Столь скоро? – молвил владыка, скорее обращаясь к самому себе.