Голубая звезда

Мне точно известно, что он послал за тобой одного из своих головорезов из неонацистской группировки.

Крис задумалась.

— Немца убили в городе…

— Я обнаружила, что он пытался разнюхать, где в особняке спрятан камень. С тем я разобралась, но не удивлюсь, если Вульф пошлет еще."

"Боковым зрением Аллегро наблюдала, как в воцарившемся после этой фразы молчании Крис, не отрываясь, смотрит на нее.

— У меня выбора не было. Он собирался убить тебя. И, когда я ему помешала, он выстрелил в меня.

— А когда это было?

— Две ночи назад. — Казалось, с этого момента прошла целая жизнь. — И там еще был афганец.

— В ту ночь, когда ты повалила меня в саду. — вспомнила Крис.

— Я услышала, как он выстрелил, и прыгнула, чтобы заслонить тебя.

— Ты не меня защищала, а бриллиант, — сказала Крис, тем же жутким упадническим тоном, что и раньше. — Единственная причина, по которой ты сохраняла мне жизнь, то, что я знала, где эта чертова штуковина, а ты нет.

— Это не единственная причина, — сказала Аллегро. — Пока я не уехала, я должна удостовериться, что афганец не причинит тебе вреда. Но, также, я хочу быть уверена, что после моего отъезда с тобой все будет в порядке. Вам с дядей нужно будет сделать заявление в полицию и сообщить прессе, что вы получили в наследство от отца бриллиант. Что вы собирались оценить его, но камень украли, и вы не успели этого сделать. Поэтому вам ничего не известно о его истории, ценности, размерах и тому подобном.

— Думаешь, это поможет, этот тип… Вульф, не пошлет за мной еще своих людей?

— Должно помочь. И тебе нельзя находиться в особняке, пока ситуация не разрешится. Почему бы тебе не остаться сегодня ночью у Илзе?

— Как мило с твоей стороны заботиться о таких вещах, — проговорила Крис с горечью.

— Да, блин, мне, правда, небезразлично, — Аллегро так сильно сжала руль, что побелели костяшки пальцев.

— Хоть что-нибудь из того, что ты говорила мне, было правдой?

Вопрос был вполне честным. И он заслуживал достойного ответа. Аллегро посмотрела на Крис, та снова уставилась в окно.

— Да, — мягко ответила Мишель, бессознательно расслабляя руки на руле. — Пятнадцать минут назад. Я сказала, что люблю тебя. Я никогда раньше никому этого не говорила.

— Думаешь, я поверю?

— У меня нет права, чего бы то ни было ожидать от тебя. Все, что я могу сделать, это просто надеяться, что ты веришь мне. И все, что было вчера ночью, не имеет отношения к бриллианту. И к работе тоже не имеет. И дело было не в том, чтобы что-то у тебя забрать. Суть была в том, что я отдавалась тебе.

Крис ничего не ответила, не посмотрела в ее сторону, не дала понять, что эти слова что-то значили для нее. «Ауди» накручивала на покрышки один километр за другим, на пригород опускались нежные фиолетовые сумерки.