Гордая птичка Воробышек

Смотрит испуганно по сторонам, вот-вот готовая сорваться на бег.

– Что с тобой, Воробышек? – я ловлю ее, едва не упорхнувшую из моих рук и возвращаю к себе, не понимая, каким невольным словом Донг смог задеть ее.

Я знаю, на что способен китаец, играя в нехитрое таинство гадания, – всегда чувствовал в нем особенное понимание человеческой природы, – и принимаю к сведению слова мастера Янга. Но для остальных они не больше, чем диковинное развлечение, еще один праздничный штрих к новогоднему столу, – для кого-то приятный, для кого-то не очень, едва ли всерьез принятый на веру и не забытый к утру.

Так почему же испугалась птичка?

Не потому ли, что ей попросту неприятны намеки на нечто большее, возможное между нами, чем просто придуманные отношения? Да еще эти манипуляции Донга с обменом печеньями…

– Испугалась предсказания? Так это все ерунда.

Черта с два ерунда! Но я готов ждать.

Она поднимает взгляд и пробует улыбнуться. Привычно делится теплом серых глаз. В чем бы ни была причина ее испуга, она не во мне, с облегчением понимаю я, наблюдая, как открыто девчонка смотрит на меня, а затем, словно опомнившись, вежливо благодарит китайца.

Что бы ни огорчило птичку, она справилась с минутной слабостью и взяла себя в руки, но румянец сошел с ее лица, а движения по-прежнему неуверенны. Едва ли я видел ее такой – дезориентированной и напуганной, а потому говорю, желая убедиться, что все хорошо и ненавязчиво напомнить о том, что я рядом:

– Не пугай меня, Воробышек. Хочешь чего-нибудь выпить? Ты побледнела, и мне это не нравится.

Мои слова удивляют птичку, – да, я сегодня действительно не похож на себя, привычная ледяная маска трещит по швам, осыпаясь с лица колким крошевом, – но она соглашается и даже отвечает шуткой на попытки расшевелить ее.

Покорно льнет к моему боку, пока я провожаю ее к столу, и обещает приватный танец на день рождения. Хорошо бы. Кто-кто, а я, зная, на что способна светловолосая девчонка рядом со мной, точно не откажусь спросить с нее.

Ирка смотрит волчицей, но птичке, похоже, все равно, и я успокаиваюсь: значит, и мне все равно тоже. Игнорирую любопытные взгляды до тех пор, пока Большой Босс, возвысившись над столом, не просит у всех тишины, дабы привлечь к его словам пару минут всеобщего внимания.

– Друзья! – обводит хозяйским взглядом зал, опуская ладони на стол. – Должен ли я еще раз повторить, как рад видеть вас у себя в эту новогоднюю ночь? Правильно, – улыбается гостям сытой улыбкой опытного хищника, так редко проступающей на его лице, – думаю, это лишнее. Каждый из вас знает, что это так. Я не терплю в своем доме случайных людей, а для своих друзей готов сделать многое, если не все. За редким исключением, конечно. Со многими из вас меня связывает дружба и многолетние партнерские отношения.