Гордая птичка Воробышек

Включив душ, смывает с моих бедер следы муки, отворачивает от себя, выписывая пальцами на моей попе круги и целуя спину, и когда, наконец, наше дыхание предает нас, я легко прогибаюсь ему навстречу, разрешая любить себя так, как это умеет только он, – нежно, со всей страстью. Со своим мужчиной без стеснения и стыда.

– Илья, а ведь я даже не знаю, сколько тебе лет.

– Двадцать три. – В доме Люкова нет моих личных вещей, и он облачает меня в свою рубашку; усадив к себе на колени, сосредоточенно застегивает на мне пуговицы и закатывает рукава, делая это с видимым усердием и удовольствием. – Я совсем старик для тебя.

Да уж. Наши даты рождения разделяет три года и пять мартовских дней, но мне не хочется сейчас упоминать об этом.

– Так значит, твой отец ничего не напутал, и ты действительно сегодня именинник? – возвращаюсь я к нашему разговору."

"– Значит, действительно, – Люков дарит мне мимолетный поцелуй в кончик носа. Смотрит серьезно колко-колючими глазами. – Но это ерунда, птичка, не стоящая внимания. Странно, что Босс вспомнил.

– Как это – ерунда? – я изумляюсь, поправляя пальцем очки на переносице. – И почему странно? Илья, Роман Сергеевич – твой отец и любит тебя. Знаю, он справедливо заслужил твою обиду, только те чувства, что я видела в его глазах вчера, невозможно сыграть – они были искренни! И потом, как подумаю, что, если бы не он, я бы так и не нашла тебя в городе, не увидела. Так и не сказала бы, что ты… что я…

Я смотрю на него, закусив губы. Казалось бы, чего таиться? Проще простого взять и сказать любимому человеку, что ждешь от него ребенка. Тогда почему так крепко прилип язык к небу?

– Бог с ним, с Боссом. Свой главный подарок – тебя – я получил. Воробышек? – пальцы Ильи пробираются под рубашку и ложатся на живот. Темные глаза останавливаются на моих в ожидании ответа.

– Что я люблю тебя, – выдыхаю я.

– Это правда, я чувствую, – Люков целует меня, довольно прикрыв веки, – но не вся. Да, птичка? – вновь внимательно смотрит, заставляя отчаянно краснеть под его взглядом.

– Эм, да-а…

– Так что ты собиралась сказать мне, окажись я в городе?

– Что я скучала по тебе. Очень!

Теплые пальцы наглаживают живот, лишая меня слов. Губы скользят по шее, осторожно прикусывая кожу.

– Да-а… Какая у меня честная девочка, – урчит он сытым котом, – и никаких секретов от будущего мужа. Ни единого секрета. Ни единого сговора кое с кем не очень приятным.

– Илья! Перестань! – возмущаюсь я. – Если ты догадался, так почему молчал?

– Не мог поверить, – серьезно отвечает он, – что ты решилась, сама… До сих пор не верю.

А я не верю, что он мог подумать обо мне иное.

– Я бы никогда не смогла поступить по-другому. Я не думала и минуты! Как только узнала новость, сразу решила, что он будет в моей жизни.