Город принял

Сбоку у ограды густо разросшегося палисадника — одинокая фигура участкового с неизменной планшеткой-«лентяйкой» в руках. Взмахнул планшеткой в сторону кучи яично-желтого рассыпчатого песка:

— Вот он, голубчик…

В песок полузарылся тупорылый, очень ржавый снаряд — он похож на шелудивую, в парше и лишаях свинью.

— Эхо войны, — бодро откликнулся Задирака.

— А как вы его сыскали? — спросил я.

— Да вон красавец отличился. — Участковый показал на работающий поблизости экскаватор.

Водитель, громадный парень с толстой ватной спиной, заметив внимание к своей персоне, резко раскрутил горбатую машину на одном траке — так, что нам и не видать его было из-за капота экскаватора, — и с ревом, визгом, треском принялся выгрызать ковшом из грунта новую гору песка.

— Эй, Семериков! Семери-и-ков! — заорал участковый и, чтобы не оставить никаких сомнений, пронзительно засвистел в свисток.

С размаху воткнул экскаваторщик ковш в землю, выключил мотор, спрыгнул и подошел вразвалку, отирая лапы-руки масленой паклей.

— Вот тоже жестяные соловьи на мою голову! — сказал сердито. — Ну чего, спрашивается, шум поднимать?

— Чего-о? Ты, Семериков, доложи лучше начальству про свои подвиги! — грозно морщит белесые бровки на румяном лице участковый.

Парень досадливо махнул рукой:

— А-а, день пропал!..

— А что такое случилось-то? — спросил Скуратов.

— То, что чуть-чуть не устроил нам всем веселую жизнь!

— Да бросьте вы, Василий Иваныч! — взвился Семериков. — Я ведь осторожно! Я же ас! Хотите, я вам ковшом с земли ваши часы подниму и вам же в ладонь положу? А уж такую-то дуру откатить — делать нечего! Тем более что взял я ее ласково, как дитю малую…

— А технику безопасности знаешь? — сердито спросил участковый и повернулся к нам: — Ссыпал он грунт с ковша, а оттуда снаряд торчит. По инструкции обязан остановить работу, организовать охрану места обнаружения и срочно вызвать милицию! Экзамен сдавал? Инструкцию подписывал?

— Ну да! Вас вызовешь, весь участок оцепите, работа стоп! — захрипел от злости парень. — Пока суть да дело, полдня рабочего кошке под хвост! А мы и так с планом горим. Мне интересу мало по среднесдельной отовариваться. И под дождичком припухать без дела нет охоты!

— Ты мне брось про план баки забивать, — спокойно сказал участковый, и в перебранке мне слышалось что-то домашнее. — Ты про пятерку из заработка жалкуешь. А Нинку свою, а Сережку не жалко? Про тебя уж, дуролома, я и не говорю…

— Ладно, ты, Василий Иванович, меня не жалей…"

"— Ну да, правильно! Кабы ты во время войны не титьку мамкину тянул, а с мое в траншеях посидел, ты бы знал — такая чушка танк раскалывает, как орех. Не то что твой железный костыль с мотором…

— А чего он сделал? — спросила участкового Рита.