Господин следователь. Книга седьмая

Вначале собирался двадцать взять, потом подумал — а чего бы и все не забрать? Семь бед — один ответ. А там еще шкатулочка лежит. Думаю — если Олимпиада мертвая, зачем ее драгоценности? Вот, их тоже взял. Думал, подожду немножко, потом продам. И обрадовался, когда объявили, что Федор и Олимпиаду убил, и себя порешил.

Какое-то время мы сидели молча. Потом я спросил:

— Олимпиада Аркадьевна вам с покупкой дома не помогала?

— А вот это не ваше собачье дело, — вспылил ветеринар.

— Разумеется, не мое, — не стал обижаться я. Посмотрев в глаза Андреева, сказал: — Но коли станете мне хамить, то запишу — дом был приобретен на средства госпожи Никитской. Вы знали, где хозяйка деньги хранила, логично предположить, что она при вас их откуда-то доставала. Вопрос — зачем?

— Запишете, я это не подпишу!

— Так и пес с вами, не подписывайте, — хмыкнул я. — Но на суде опять вопросы возникнут, что люди подумают? Мало того, что вор и убийца, так еще и «альфонс». Читали, Дюма-сына?

— Не читал, но кто такой «альфонс», знаю. Ладно, мне Олимпиада деньги давала. Только не на дом, я на него сам скопил, а так, на хозяйство. Пару раз десять рублей давала, один раз двадцать. И да, видел я, где она деньги хранила.

[1] Автору в советское время доводилось беседовать с пастухами, или, как их называли «гуртоправами». Троакар, кстати, им выдавался вместе с брезентовым плащом и седлом (нет, не для коровы, а для коня т. к. пасли верхом). Мнения о троакаре рознились. Кого-то он устраивал, а кто-то предпочитал по старинке, ножом. Еще — если услышите, что в пастухи шли самые никчемные люди — плюньте тому в глаза. Желающих было много. Зарплата пастуха составляла около 250− 300 рублей в месяц, плюс премии по итогам квартала и по итогам года. Больше получали только комбайнеры в период жатвы.

Глава семнадцатая

Мелкая и рогатая

Из Кириллова решил ехать на почтовых, хотя исправник и пытался дать мне своих лошадей. Верю, что выезд у него неплох, но на почтовых все-таки получается гораздо быстрее — их, как-никак, меняют на каждой станции, а так бы пришлось ждать, давая коням роздых.

Единственное, в чем сделал уступку, так это позволил оплатить за счет казны полицейского управления Кирилловского уезда транспортные расходы моего унтер-офицера. Оставшиеся места сам оплачу, а вот видеть в карете чужих людей не хочется, к тому же, у меня при себе имеются важные бумаги, которые, при желании можно считать секретными.

В чем минус, так это в том, что будь это частная коляска, приказал бы кучеру остановиться у горы Маура, а потом завернуть к Горицкому монастырю. Как-никак, это в моем времени считается природными и историческими достопримечательностями Кирилловского района.