Граф

– Его слова, поступки и сам образ мысли непредсказуем. – добавил отец Марк. – В нем чувствует сплав чего-то иного, чуждого, непонятного. В какие-то моменты мы видели в нем язычника. Страшного дикого конунга, что вел своих головорезов в бой, словно оживший герой из старых саг. А в иные моменты – истинного слугу Церкви и отчаянного крестоносца.

– Сигурд Крестоносец, – пояснил Иероним. – Вот на кого он походил. На первый взгляд глубокий язычник, но несущий крест. Вполне искренне, во всяком случае. Это так удивительно…

– Удивительно? – переспросил король. – Мне кажется таких людей и сейчас достаточно.

– Он удивителен тем, что Всевышний, судя по всему, прислушивается к его молитвам. Раз за разом. Хотя, как мы выяснили, он не стесняется ни с духами общаться, ни всякие фокусы учинять.

– Воины же его, – заметил Марк, – уверены, что идут за древним князем-чародеем. И верят в него как в идол. Особенно после Азака.

– Насколько хорошо он воюет?

– Непредсказуемо. Быстро. Используя необычные ходы и решения. – подумав, ответил отец Иероним. – Я прошел три кампании в Италии. И мне сложно представить, что бы он там натворил со своим полком.

– А еще он в моменты опасности улыбается. – поспешно добавил Марк. – Это так странно. Он смотрит смерти в лицо и улыбается.

– Не советуете, значит, затевать войну с Москвой из-за Ливонии?

– Мы не в праве советовать королю, – осторожно произнес Марк."

"– Но сейчас, – продолжил Иероним, – когда Москва ведет успешную войну с османами, это можно расценить… – он оборвался, но выражение его лица было очень красноречивым…

Глава 6

1557 год, 29 мая, Истанбул

Дело близилось к сумеркам. Вечерним.

Андрей стоял у окна башни Правосудия и наблюдал за великим городом. Уже почти сутки он находился в старинной столице. Граф улыбнулся, предаваясь воспоминаниям. Таким ярким, таким свежим…

Сразу после атаки янычар, что сдерживали рабов у Топкапы, произошел вполне ожидаемый инцидент…

– Да кто ты такой?! – взвился один из вождей этой толпы. На верхнегерманском наречии. – Пытаясь оспорить доминирующее положение воеводы.

– Он тот, кто освободил тебя! – грозно выкрикнул отец Антоний, выходя вперед. На том же языке. – Я представитель Святого Престола в этом походе! Отец Антоний, член ордена иезуитов, лично присягнувших Папе Римскому. А он, – махнул он в сторону воеводы, – граф Триполи и Шат Андреас. Крестоносец, который освободил вас и дал вам шанс на месть и спасение.

– Вот пусть и не мешает! – выкрикнул все тот же человек, но уже не так уверенно.

– Султан сбежал! – крикнул Андрей. И отец Антоний тут же перевел.

– Как сбежал? Куда? – начали доносится голоса отовсюду.

– Сбежал. В Галат. А вы думали, что он сидеть будет и ждать? Он трус и мерзавец! Так что его уже не накажешь.