Граф

И запустил немало шуток об этом. Что вынудило Францию подчеркнуто дистанцироваться от османов. И, вероятно, временно закрыть им доступ в свои порты и земли…

Клоп.

Мелкий. Вонючий. Клоп.

«Хотя может он и не такой мелкий, раз так сумел навонять?» – пронеслось у отца Дионисия в голове…

Несмотря на уже изрядную прохладу, жизнь в городе шла своим чередом. И, можно сказать, кипела, наблюдаясь явно издалека. Ведь шло активное возведение земляного вала вокруг поселения. И рва большого перед ним… Однако насладиться трудом местных жителей отцу Дионису не удалось. Когда они приблизились довольно близко, из-за уже готового фрагмента вала выскочил конный отряд. И на рысях направился к их торговому каравану, что шел Муравским шляхом.

– Кто это? – напрягся священник.

– Да шайтан их знает, – пожал плечами караванщик.

Гадать долго не пришлось.

Всадники подскочили.

Осадили коней.

Внимательно окинули взглядом караван и безошибочно выцепили отца Диониса и его слуг.

– Вы пойдете с нами. – приказал командир отряд.

– Кто вы такие?"

"– Кто надо! Пошевеливайся! – рявкнул не желавший вступать в перебранку командир конного отряда. И потянулся рукой к оружию.

– Вам действительно лучше им подчиниться. – тихонько ответил караванщик, явно напуганный всем происходящим.

Отец Дионисий ничего ему не ответил. Недовольно поджал губы и молча подчинился. Как и его люди.

– А вас сейчас обыщут. – заявил командир отряда караванщику. – И не дай Бог выясниться, что вы везете что-то не то. Понял?! – рявкнул он.

– Как не понять? Конечно понял… – испуганно проблеял караванщик.

– Вещи этих отдельно отложи!

– Да-да, конечно…

Андрей за всем происходящим наблюдал с церковной колокольни. Его невольная дружба с Ахметом, которой он так тяготился поначалу, начала приносить свои дивиденды. Велика степь, но в ней сложно что-то утаить. Поэтому о странном торговом караване, что вышел из Крыма знали в Туле задолго до того, как этот караван туда прибыл. И в подробностях.

Спустя час воевода вошел в главное помещение своих плата кремлевских. Там сидел этот священник. Его предварительно обыскали и усадили на лавку со связанными в локтях руками. На большом столе перед ним разложили все найденные у него предметы. Не только с тела, но и из поклажи. Она вся была здесь. И продукты. И одежда. И прочее. Их с самым радением осмотрели и ощупали в поисках чего любопытного. Но без грубости и порчи.

За задержанным присматривал Устинка, ставший уже давно Устином. Отъелся. Заматерел. Статусом обзавелся. А с Андреем на допрос пожаловал отец Афанасий.

Воевода вошел.

Внимательно осмотрел вещи, выложенные на стол. И с минуту вглядывался в отца Дионисия.