Граф
Приключения Андрея Прохорова продолжаются.Нанеся болезненный удар своим недоброжелателям при дворе, тульский воевода оказался в куда более сложной ситуации, чем раньше. Ему приказано малыми силами идти к Азову и брать его. И чем быстрее, тем лучше.Самоубийство. Форменное самоубийство.Но отказаться он не может. Потому что благоволение Царя переменчиво. И Иоанн Васильевич – единственный человек, что стоит между Андреем и озлобленной боярско-княжеской фрондой. И Государь о том знает, бессовестно этим пользуясь. Или, быть может, он не в силах отказать давлению этой фронды, которой тульский воевода уже поперек горла? Не ясно. Но это и не важно. Что сказано, то сказано. И теперь хода назад нет.Выживет ли Андрей? Справится ли с этим шальным поручением?
Несмотря на связанные руки спина его была пряма, что выдавала происхождение и совсем не духовные профессиональные навыки. Во всяком случае практически все традиционное европейское фехтование так или иначе очень уважало людей с осанкой. Осанка же их и выдавала. С головой.
Глаза карие.
Они смотрели сдержанно, но напряженно.
Лицо не сказать, что сухое. Просто плотно сбитое что ли. Никакой рыхлости. Твердый, волевой подбородок. Губы просто сомкнуты без лишних гримас.
Тело… да обычное дело… аристократа.
Андрей не был бы удивлен, если бы перед ним сидел католический священник. В той традиции младшие сыновья многих аристократов посвящали себя духовной службе. Перед этим получив подходящее для аристократа образование и подготовку. Но тут…
– Минин аэдэ феа Пилиадео Ахилиос… – вдруг произнес воевода первую строчку «Иллиады» Гомера. От чего у его визави округлились глаза. По правде сказать, он наизусть знал только первое четверостишье. Его и продекламировал, насладившись эффектом.
– Херис на милас элиника? – неуверенно спросил отец Дионисий, когда Андрей замолчал.
– Нет. Просто Илиаду пытался как-то учить. Красивая вещь, не правда ли? Гнев воспой Богиня Ахилеса Пелеева сына… Мда. Значит прибыла новая порция данайцев. Ну, рассказывай, как собирался злоумышлять против Государя моего в Туле?
– Ты и есть воевода Андрей?
– Значит, наш язык тоже знаешь. И, я смотрю, неплохо. Где учился?
– У меня была кормилица из вашего народа.
– Рабыня?
– Да. – нехотя ответил задержанный.
– А зачем сюда поехал? Я слышал, что в Новом Риме можно найти славянок на любой вкус. Или ты предпочитаешь, чтобы я называл этот город Византий, Константинополь, Истамбул и еще как?
– Ты думаешь я приехал сюда ради славянских женщин?
– Нет? Я разочарован. Красавиц среди них хватает. Хм. Но если не за ними, то зачем ты прибыл?
– Чтобы с тобой поговорить.
– Так говори, – развел руками Андрей. – Что может быть проще?
– Я приехал мириться.
– Вот как? Так я с тобой и не ссорился.
– Я представляю интересы патриарха.
– А султан знает, что его раб отправил своего слугу ко мне? – язвительно поинтересовался воевода.
– Посмотри эту грамотку, – кивнул отец Дионисий на стол, где лежало несколько металлических контейнеров для свитков. – Ту, что справа.
Андрей демонстративно надел кожаные перчатки. Осмотрел контейнер. Послушал его. И осторожно открыл крышку, держа этот импровизированный тубус на вытянутых руках. После чего вытряхнул содержимое на стол.
– Что? Даже скорпиона не посадили? – несколько раздосадовано пробурчал воевода. – Может хоть бумага отравлена?
– Увы, – с усмешкой ответил задержанный.
– Ну вот… А я так надеялся…
С этими словами он также осторожно развернул бумагу и, на вытянутых руках ее начал читать.
Похожие книги
Мысленным взором
Драконий дар
Кротовский, может, хватит? (СИ)
Охота на царя
Вождь. «Мы пойдем другим путем!»
