Граф

И вновь урок чтения вслух.

Пауза.

И еще раз. Только медленнее и вдумчивее.

– Это как понимать?

– Так и понимать. Венчан я был. Оттого и не мог взять тебя под венец. Понимаешь? И раскрыться не мог. Опасался, что моих близких перебьют, как магнат тот и сказывал, прямо у меня на глазах. Скрывался. В другую державу уехал. Нищим прикидывался. Потом вот в глуши жил…

– Ты думаешь, что я бы тебя выдала?

– Не мог я рисковать. Опасался, что, если узнают, что и ты мне дорога, тебя тоже убьют. Только лишь поняв, что тебя теряю, открылся Андрею и помощи у него попросил. Не смог более терпеть.

– Поверить не могу, – покачала она головой. – В нашей судьбе участвую и патриарх, и Царь…

– Только благодаря графу.

– Ну да… Разумеется… Что с той семьей?

– Венчались мы без свидетелей и без дозволения опекуна. Посему патриарх брак не законным и признал.

– Священник решился на такое дело? Не поверю.

– Мы прибыли к нему как простые селяне. Девушку представил сироткой и бесприданницей, а сам сказался бобылем, что тут на заработках. Он нас и обвенчал.

– Без свидетелей?

– Служек позвал.

– То есть, брак законный?

– Нет! Какие это свидетели? Их ведь чин по чину нужно выбирать. Да и обманули мы священника. Вот патриарх и признал сие венчание не действительным. Значит так и есть. И я могу тебя смело теперь вести под венец.

– Как? Под своим вымышленным именем?

– Нет. Под своим законным именем. Под Георгием. Царь ведь признал меня и на службу записал, как отъехавшего из Литвы по притеснениям великим воина. Так что больше никаких тайн и лжи.

– А что с твоей женой ныне?

– Бывшей.

– Бывшей женой.

– Ее выдали повторно замуж через полгода после того, как она родила дите.

– И не побоялись, что вскроется ее венчание?

– Село то, где церквушка стояла, разбойники в первую же зиму после венчания нашего разорили. Людишек всех перебили, включая священника со служками. И пожгли бумаги. Так что, ни видаков, ни бумаг более нет. Оттого кто бы сие вскрыл? Разве что я. Но я надежно схоронился, дабы родичей моих не перевели.

– А дите?

– Дочь. Она в Туле. У Андрея. Ее вывезли из Литвы и определили к Андрею в воспитанницы.

– Видел ее?

– Да. Но что я ее отец она не знает.

– Зачем ее вывезли? Да еще и Андрею под руку приставили, – после небольшой паузы спросила Прасковья, нахмурившись."

"– Магнат тот теперь у Государя нашего вот где! – сжал кулак Георгий. – Он сам ее и передал в знак доброй воли. А если брыкаться начнет, так Царь наш всей Литве о его делишках поведает.

– Ой ли?

– Магнат тот мне примирительное письмо написал. Сказал, что дело былое. И поминать о том не стоит. И даже денег прислал. Тут ведь как все обстоит? Царь вроде и помог своему слуге верному, Андрею, что за своего слугу просил. Вроде и милость. Но на самом деле – подарок великий от нас.