Гости съезжались на дачу

Сам Харя так и не женился, даже попыток не совершил прогуляться до загса. Когда им перевалило за тридцать, непристроенность Хари стала волновать матерей Ангела и Гали, для которых Харя был как родной. Выкормленный на их кухнях интеллигентный и очень умный мальчик.

В ответ на тревоги и расспросы Ангел и Галя привели слова родной мамы Хари:

– Мой сын повеса и ловелас.

Услышав это возмутительное благодушие, мать Гали сказала:

– Шалопай и гуляка.

Мама Ангела покачала головой:

– Вертопрах и шалберник.

Харе передали их слова, он расхохотался и спросил:

– Шалберник – это кто?

Полез смотреть в словаре. Пока искал, Ангел предположил:

– Шалава мужского пола.

Перешагнули сорокалетний рубеж. Галя облысел, Ангел раздался вширь, оба заматерели. Харя оставался стройным, темно-русые волосы слегка поредели, в них появилась седина, и теперь они лежали мягкой волной, а не буйствовали, как в молодости. Утонченная юношеская смазливость эльфа перешла в благородную мужскую красоту профессора средних лет.

Как-то после дня рождения Хари, который не удалось отметить, Ангел и Галя без предупреждения завалились к нему в московскую квартиру.

На звонок открыла молоденькая девушка, годившаяся им в дочери, пропищала:

– Максим Эдуардович в душе.

Тут и сам появился – в халате. Ничуть не смутился, обрадовался.

– Моя аспирантка Оленька, – представил девушку. – Мои друзья: Кирилл Сергеевич и Василий Юрьевич.

– Очень приятно, – смущенно пробормотала девушка.

– Нам тоже, – сказал Ангел.

– Приятно, – добавил Галя.

– Оленька! – Харя наслаждался сценой общей растерянности, но делал вид, что ничего особенного не происходит. – Вторую главу вашей диссертации мы обсудим завтра вечером. Нет, лучше послезавтра, тут же, в восемь вечера.

Когда девушка ушла, Ангел и Галя, забыв про день рождения, про подарок (билет на хоккей), про планы: ресторан – хоккей – пивной бар, обрушились на Харю.

– Оленька! Диссертацию обсудить.

– Вторую главу. Аспирантка. Неисчерпаемый запас малолеток.

– На защиту через постель. Как режиссер с актерками.

– Но-но! – предостерегающе поднял руки Харя. – Попрошу без грязи! Мухи и котлеты отдельно. У Оленьки вполне приличная работа. И ее научный руководитель не я.

– Со своими он не спит.

– Или только после защиты.

– Не надо зависти, – возмутился Харя. – Чего вы припёрлись?

– С днем рождения поздравить.

– Так поздравляйте! Полиция нравов.

В ресторане, после нескольких рюмок водки, Ангел и Галя, расслабленные, подкалывали Харю уже с насмешкой:

– Ловелас!

– Повеса!

– Вертопрах!

– Шалберник!

– Что вы хотите, ребята, – вздохнул Харя, то ли ерничая, то ли с глубоко запрятанными сожалением и грустью. – Мой идеал женщины – моя мама. Но я же не идиот, чтобы на такой жениться.