Граф Суворов. Том 2

Впрочем, даже мужчины в столь древних родах чаще всего обладают стихийными клинками, они со вчерашним простолюдином биться не станут. — отмахнулся Дали.

— А с графом? Тем более занявшим место их протеже? — прищурившись уточнил я, и похоже попал в болевую точку.

— Такое… возможно. — старательно расплывчато сказал Дали. — Но для этого вам все же придется занять место наследника графов, а вы этого…

— Именно так. Я здесь для этого. Чтобы вы, матерый, хоть и обосанный волк, обучили молодого щенка тому, чему посвятили всю свою жизнь. — проговорил я, глядя прямо в глаза преподавателю.

— Щенок… ох щенок. — многообещающе улыбнулся Дали, что-то прикинув. — Ты пройдешь через муки, боль и унижение. Но если выдержишь — у Геннадия не будет над тобой преимущества к концу учебного года. А теперь, локоть выше! От кисти, раз!

— Фигово выглядишь. — заметил уставший, но довольный Шебутнов, когда мы с ним встретились на вечернем построении. Но я лишь улыбнулся. Болело все — кисть, локоть, ноги, плечи и в первую очередь самолюбие. Учитель фехтования нещадно лупил меня своей розгой, но я добился своего — больше он надо мной не издевался.

Административный корпус, кабинет директора училища.

— Нет, стойте, к нему нельзя. — раздался из коридора испуганный голос секретарши и Меньшиков аккуратно отложил документы в большую папку, а ручку в специальную малахитовую держательницу, кода то подаренную ему лично князем Демидовым.

— Нам можно. — ответил спокойный, бархатистый мужской голос, и дверь в кабинет распахнулась словно от пинка.

— Что вы себе позволяете?! — возмущенно спросил Меньшиков, но договорить не успел. Прямо ему на стол, снося все бумаги, дорогущий гарнитур и расплескав чай по персидскому ковру рухнуло грузное, окровавленное тело, в котором князь с огромным трудом узнал своего управителя и распорядителя имуществом училища.

— Прошу вас ознакомится, протокол допроса. — улыбаясь сказал Мирослав Суворов, и на стол, рядом с хрипящим и булькающим кровью мужчиной легла бумага.

— Не понимаю, при чем тут я? — нахмурившись произнёс Константин, но бумагу принял и пробежал глазами по первым строчкам. «Я Никодим Сафронов, будучи в здравом уме… являюсь слугой князя Меньшикова и… все совершал по его прямому приказу». — Это же чистой воды бред.

— Бред? Очень рад это слышать. — улыбнулся Мирослав еще шире, и его улыбка стала похожа на оскал. — Значит он не является слугой вашего рода, ровно, как и доверенным лицом? В таком случае прошу прощения, мы зря вас побеспокоили и немедля направим его в жандармерию.

— Стойте. — вскочил Меньшиков, мгновенно соображая, что может наговорить находящийся в таком состоянии управитель.