Граф Суворов. Том 7
Что может быть желанней, чем переродиться в семье правителя?Вот только появился я в Российской империи, погрязшей в интригах аристократов, локальных войнах и начинающейся смуте.В империи, в которой технологии больше похожи на магию, а магия стала технологией: летающие корабли, бронеходы и техномагические доспехи.Добро пожаловать в новый, такой знакомый и такой непривычный мир.
— сказал Багратион-старший, подавшись вперед. — Мы все знаем о злодеяниях что творили под лозунгами о добре и просвещении Меньшиковы, так что никто не станет возражать об их виновности. Но правильно показать это обществу, так чтобы они сделали нужные нам выводы… нам понадобится поддержка многих из сторонников Петра и Екатерины.
— Сейчас нам нечем на них давить. — поморщилась Мальвина.
— Вы не правы, государыня. — покачал головой Леонид, и от этих простых слов Мария словно расцвела. Да уж, что жажда власти с людьми делает? Похоже у них это наследственное. — У вас в руках не только компромат, но и список тех, для кого он окажется особенно чувствительным. Даже если они получат амнистию… пара нужных роликов, несколько статей в газетах, упоминание в новостях — и они не только станут изгоями в высшем обществе, но и получат бунт в своих губерниях.
— Предлагаете шантаж? — спокойно поинтересовался я.
— Иногда угроза применения силы куда действенней чем само ее применение. — прокомментировал Мирослав. — А высшее общество держится на ложном ощущении равенства и безопасности. Никто из тех, кто в него вернулся или собирается вернуться, не хочет стать изгоем.
— Раньше переставали общаться и за меньшее. — кивнул глава тайной канцелярии. — Если вы разрешите, я донесу наше виденье до этих лиц. А также до всех, кто может повлиять на медиа и при этом был замечен в сотрудничестве с орденом и его бесчеловечных экспериментах.
— Хорошо. Но действуйте с осторожностью. Позже нам самим придется сотрудничать с некоторыми из них. — ответил я. — Пусть исследования и в самом деле чудовищные, но мы просто обязаны будем использовать их результаты и проводивших их врачей для создания собственной медицинской промышленности.
— Сейчас эта ниша совершенно пуста. — заметил Мирослав.
— Я бы сказал, что она полностью занята орденом. — возразил Багратион-старший. — Но вы правы, как только с фанатиками будет покончено, понадобятся сотни врачей, преподавателей, а уж сколько лекарств и аптек… гигантские деньги, сравнимые разве что с открытием десятков алмазных приисков. Но есть сложности…
— Технологии, производство и контроль… верно. — нахмурившись кивнул я. — И самое страшное — именно технологическое отставание.
— В таком случае, позвольте мне внести небольшое участие в будущее предприятие. — улыбнувшись шагнул ко мне Константин. — Ваше величество, при штурме крепости-больницы в Тифлисе я взял на себя смелость скопировать всю информацию и продублировать всё доступное оборудование. Большую часть скоропортящихся лекарств производили на месте из химикатов, и сейчас у нас есть формулы. Не хватает только верных специалистов, которые сумеют проверить их подлинность и работоспособность.














