Грани морали (СИ)

Я шикнула на нее для виду, но на самом деле она сыграла мне на руку — пусть даст понять, что мы не в бедственном положении и можем выбирать, кому продать украшение.

Пусть на самом деле это и не так.

Старьевщик оглядел меня и тетушку по очереди, поморщился, как от зубной боли.

— Семь, и ни сальдом больше! — решительно постановил он.

Я прикинула истинную стоимость — чисто по весу выходило дороже раза в два, но кивнула. Больше нам вряд ли где-то предложат. То есть предложили бы, наверное, заявись я к приличному ювелиру, но мы не в том положении, чтобы по солидным магазинам шастать.

И торгаш это прекрасно понимал.

— Вместо денег я возьму вот это платье, — сообщила я, тыча пальцем в висевший тут же, на вешалке скромный, но добротный темно-синий наряд с кружевными манжетами и воротничком. Какая-то горничная, скорее всего, продала после того как уволилась. — И вот этот платок. В общем, мы возьмем натурой, если можно так выразиться.

— Хорошо! — осклабился дед, понимая, что существенно выиграл от сделки.

Даже если мы с тетушкой заберем сейчас пол-лавки, он все равно останется не в накладе. Ничего ценного тут отродясь не водилось, самым приличным было то самое платье. Еще я откопала три довольно целых, почти не пожеванных молью шали, теплые вязаные носки — пар шесть (взяла все — зима впереди) и довольно удобный мешок, чтобы все это сложить, с завязочками и широким ремнем, чтобы носить на спине, перекинув через плечо наискось. Остальным гардеробом потом займусь, сейчас главное избавиться от приметных платьев и слиться с толпой.

Переоделась я тут же, за ширмой. Тетушка бдительно стояла на страже моей добродетели, заслоняя телом узкую щель, в которую при желании можно было подглядеть."

"Волосы я распустила из изысканной прически и безжалостно собрала заново в тугой пучок, что почти скрыло их броский цвет. Одной из шалей перевязала голову, замотав узел на затылке, вторую накинула сверху. Бледность никуда не делась, но в сочетании с темным платьем служанки и учитывая недавнюю болезнь сейчас я больше напоминала заморенную жизнью и потерявшую работу горничную, чем принцессу.

Поблагодарив довольного старьевщика, мы вышли на улицу. Ценный мешочек с ювелиркой я запрятала поглубже в новый «рюкзак». Закинула его за спину, сверху прикрылась еще одной шалью, а необъятный вышитый цветной нитью платок отдала тетушке. Она повязала его на плечи и из аристократки моментально превратилась в цыганку.

Интересно, здесь они есть вообще?

Мы прошли квартал, я все время оглядывалась по сторонам и наконец уверенно заявила вполголоса:

— За нами следят.

— Нашли? Уже? — всполошилась тетушка.

Кажется, она обрадовалась и почувствовала немалое облегчение при мысли, что наши злоключения так неожиданно и бесславно закончатся.