Грехи отцов

— Мистер Дамблдор, — начал говорить Кощеев, перехватывая бланк из рук Альбуса, и потратив меньше минуты на прочтение, спросил, — а Вы часом не ох***ли?

— Что простите? — одновременно спросили министр и директор.

— Прошу прощения за мой французский. На каком основании у Вас стоит в числе детей Рональд Биллиус Уизли? И Ваше прошение даже с подписью министра будет незаконным, — и обращаясь к министру продолжил. — Корнелиус, Вы же не собирались подписывать это прошение?

— Рональд записан в прошении, потому что он несовершеннолетний ребенок. И только я могу позаботится о них всех, ведь я дружил с их покойными родителями.

Биллу происходящее не нравилось.

— Министр, я заявляю, что о своих родных буду заботиться сам. Приношу свою благодарность директору Дамблдору, который хотел мне помочь, но я справлюсь, тем более через полтора года окончит университет Чарли и нам вдвоем будет легче.

— Молодой человек, зная историю вашего рода, Вы считаете, что поступаете правильно, отказываясь от помощи мистера Дамблдора? — спросил министр Билла.

Альбус смотрел на Фаджа и про себя подумал, что так тонко намекнуть на проклятие печати и на то, под чьим крылом находился их род, сам бы не смог.

— Министр, этот вопрос касается рода, а не сторонних лиц. Мы сами сможем заниматься воспитанием своих несовершеннолетних родных, — ответил Билл.

— Я вижу, как Вы занимаетесь воспитанием, — и показывая пальцем на меня Альбус заговорил, — если вы играете роль, мол мы такие взрослые, то посмотрим, как вы дальше запоете, — и поднял мою руку перед всеми, — потому что Рона вы не научили, чем чревато в современном обществе ношение поддельных мастерских колец. Это не ваша Империя, в Британии такое не приемлемо.

— Мистер Дамблдор, — начал с шипением в голосе говорить Аркадий, — если у Вас сложились не верные впечатлении о моей родине, то прошу Вас посетите её, ведь в ней осталось столько Ваших друзей, — и улыбнувшись собственной шутке, и глядя на перекошенное лицо Дамблдора, продолжил, — вероятно прошло много времени, с тех пор как Вы сами получили своё кольцо, и успели забыть, как оно выглядит.

Дамблдор никого не предупреждая выхватил свою волшебную палочку, и запустил заклинание на мою руку. Оба кольца засветились голубым цветом.

Кощеев продолжил.

— Теперь, когда мы убедились в качестве обучения в моей стране, предлагаю закрыть вопрос о прошении директора, — и пока министр и директор рассматривали мои кольца, убрал свою палочку в кобуру. Аркадий единственный, кто успел среагировать на действия Дамблдора.

Министр не подписал прошение Дамблдора и попросил секретаря оформить документы об установлении опеки над несовершеннолетними Уизли на Билла.