Грехи отцов

— Хорошо, с этим вопрос мы закрыли, молодой человек, — начал министр, обращаясь ко мне. — Мне сообщили, что Вы собираетесь переводиться в Хогвартс. В свете последних событий я не вижу повода отказать в прошении. В двенадцать лет мастер в двух дисциплинах! Это повысит престиж нашей школы. А то что к Вам ещё прилагается личный мастер артефакторики, который согласился в Хогвартсе факультативно преподавать с шестого курса этот предмет, заставляет меня задуматься где мне расписаться кровью.

Я удивленно посмотрел на Кощеева, который просто прикрыл глаза, подтверждая мои слова.

Директор вначале порадовался, когда Фадж сказал о моём переводе. Но скривился, как будто съел лимон, когда сообщили что в его вотчину придёт посторонний. Ото всех неугодных учителей он избавлялся, платя низкую заработную плату или подстраивая несчастные случаи самым упёртым. Но мастер из другой страны, с которым если что-то случится, то после проверки обстоятельств произошедшего, его в любом случае сделают политическим трупом, даже если он не будет виноват. Мастеров артефакторики в мире всегда было очень мало…

— Он должен будет заключить договор с Хогвартсом и дать клятву Основателей. — сказал Дамблдор, поглаживая свою бороду.

— Конечно, сразу же после того как Вы и остальные преподаватели покажете свои договоры и подтвердите клятвы перед вашим новым преподавателем, — ответил Кощеев.

Фадж не задумываясь сказал, что конечно всё так и будет, не видя при этом, как изменилось лицо Дамблдора."

"— Спасибо, министр, я передам Ваши слова мастеру, — с плотоядной улыбкой сказал Кощеев, который выиграл ещё один раунд у Дамблдора.

— Министр, стало что-нибудь известно по поводу убийства наших родителей? — спросил Билл.

— Нет, но не отчаивайтесь, расследование идёт, — ответил министр, но все находящиеся в кабинете понимали, что никто не станет искать убийц предателей крови.

А я винил себя в их смерти. Если бы я не сбежал в Империю и следовал намеченному директором пути, они остались бы живы. Таких «если» было много, но осознание того, что я их больше не увижу, не давало мне покоя.

После этого мы все покинули кабинет министра. Дамблдор, видя, что с нами стоит Кощеев, не стал к нам подходить. Аркадий и Билл о чём-то переговорили и подошли к нам. Мы сообщили остальным новости, о том, что Билл оформил опеку и что мы отправляемся в Империю. Перси, Джинни и близнецы с радостью восприняли эту новость. А я уже готовил себя к сложному разговору с ними. Мы ждали своей очереди на портальной площадке, где Билл и Чарли несколько раз клали мне руку на плечо, показывая, чтобы я держал себя в руках.

Прибыв в Москву, я остановился поговорить с Аркадием.

— Почему я ничего не знаю, о мастере артефакторики? — спросил я у Кощеева.